Я погружаюсь в ванну еще глубже, пока мечтаю обо всех праздниках в честь любви по обоюдному согласию, которые буду устраивать в своем невероятно популярном магазине, собирая при этом золотые горы. Может, я могла бы наполнять бутылочки Дыханиями Страсти и выставлять их на полку? Это было бы эффектно и потрясающе. Еще я могла бы завести кота, чтобы он лежал перед моим магазином и шипел на покупателей, пока те проходят мимо, потому что капризные кошки ужасно забавные. Также потому, что некие сексуальные мужчины вызвали у меня желание гладить кошачьи хвосты.
Не знаю, сколько времени я провела в ванне, но, должно быть, я заснула, потому что вот я вскакиваю от звука голоса.
– Эй, Чесака! Ты там не заснула?
Вода плещется вокруг меня из-за моих резких движений, пока я моргаю, пытаясь избавиться от тяжести в глазах. Эверт, должно быть, видит, что я шевелюсь, потому что он говорит:
– Тебя никто не учил, что нельзя засыпать в ванне?
– Нет.
Он усмехается. Полагаю, мы снова вернулись к Милому Эверту вместо Угрожающего Третьего.
– Ну, теперь ты знаешь, – говорит он. – Я принес тебе мех, чтобы ты завернулась в него. Выходи и забери его, когда закончишь. Ты можешь посидеть у огня и обсохнуть.
У меня зуб на зуб не попадает. Теперь, когда я стала не такой сонной, то замечаю странное ощущение в теле и вся дрожу.
– Я-я вс-все еще в моем пл-платье, – мне удается сказать это сквозь стучащие зубы. Его голова резко поднимается, пока он стоит рядом с задней стеной хижины. Похоже, он не хочет приближаться ко мне.
– Ты все еще… почему?
– Н-не могла снять его с-сама.
Тишина. А затем ужасно долгий выдох.
– Черт. Силред!
Я снова подпрыгиваю от его выкрика. Через мгновение Силред появляется из-за угла.
– Что?
Они стоят слишком далеко, чтобы я могла их расслышать, но они о чем-то перешептываются и бросают на меня взгляды. Я не уверена, что сделала не так в этот раз.
Меня все еще трясет, я машинально обхватываю себя руками и сжимаюсь всем телом. Когда я касаюсь своих рук, то чувствую выпирающие неровности на коже. Мои соски болезненно упираются в платье, а зубы начинают стучать все сильнее. Такое странное ощущение. Я смотрю на свою кожу, пока неровности продолжают появляться.
Я двигаю пальцами ног и рук, которые тоже кажутся странными. Негнущимися. Онемевшими.
Наконец они оба подходят и встают надо мной, пытаясь отвести глаза.
– Ладно, Чесака, сейчас Силред… – Голос Эверта обрывается, и он громко ругается, когда бросает на меня взгляд. Его глаза шокированно расширяются. – Черт возьми, Сил, у нее губы синие!
– Хм? – спрашиваю я. Или думаю, что спрашиваю. В голове у меня все плывет.
– Проклятье, – говорит Силред. Он опускает руку в воду, а затем снова ругается. – Она ледяная. Почему ты не подогрел для нее воду?
– Мы никогда не подогреваем чертову воду! – отвечает Эверт в свою защиту. – Черт, мы даже никогда не используем эту ванну, кроме как для стирки.
– Что ж, тебе стоило подогреть воду для нее! Помоги мне ее вытащить.
Две пары рук погружаются в ванну и оборачиваются вокруг меня. Они поднимают меня из воды, но как только я оказываюсь на воздухе, меня начинает трясти еще сильнее, а зубы стучат так сильно, что я боюсь сломать один из них.
– Сними с нее все, мы должны согреть ее. – Я чувствую, как руки Эверта на моей спине что-то ищут, тянут.
– Я пытаюсь! Я не могу найти никаких чертовых пуговиц, или завязок, или… черт возьми.
– Просто сними его!
– Прости, Чесака. С этим платьем придется попрощаться.
– Что…
Одним быстрым движением он разрывает платье на спине и сдирает его с меня. Прежде чем я успеваю обеспокоиться своей наготой, Силред заворачивает меня в мягкие меха и поднимает, унося в дом. Я хочу обхватить его руками за шею, чтобы не упасть, но не могу пошевелиться.
Еще я понимаю, что не чувствую пальцев на руках. И на ногах.
Может, магия принца перестает действовать, и скоро я снова стану нематериальной. Эта мысль вызывает у меня очередной приступ дрожи.
Я прижимаюсь щекой к груди Силреда, потому что это так приятно. И успокаивает. Мне хочется зарыться в него. Он заносит меня внутрь хижины и опускает на пол прямо перед камином. Я тянусь к нему, тело болезненно покалывает.
Меня все еще трясет, и зубы не перестают стучать.
– Ч-Что с-с-со м-мной п-п-происходит?
Эверт садится рядом и достает мои ноги из-под меха. Он начинает растирать мне пальцы, пока Силред трет мои руки через мех, вверх и вниз, вниз и вверх. У него отлично получается.
– Почему ты не сказала нам, что тебе холодно? – спрашивает Эверт. Судя по голосу, он сердится. Или даже в ярости. – Тебе надо было вылезти из ванной намного раньше, глупышка.
– Х-холодно? – спрашиваю я, запинаясь.
Конечно, я знаю, что такое холод, вот только не совсем, потому что я никогда не ощущала его раньше. Моя челюсть болит из-за непрекращающегося стука зубов, но я выдавливаю из себя:
– В-вот чт-что т-т-такое х-холод?
Замерзать не очень приятно. Неудивительно, что я постоянно видела, как люди укутывались зимой.
