– Нет, только не это. Я знаю много, да. Но возиться с тестом по двенадцать часов в день при сорокаградусной жаре – это не мое.
– Теоретик, но не практик значит. Ясно.
– Вроде того, – не стал отрицать Даниил.
– А эти фигурки для чего? – Тоня указала на нечто сине-белое.
– Пирожное «Марципановое небо», – едва смог припомнить подросток.
Их с Шаталовой разделяла лишь узкая доска прилавка, и, несмотря на густой запах выпечки, Даня явственно ощутил шлейф ее духов. Перец, белая орхидея, лимон… что там обычно пишут в подобных случаях? «Дерзкий интригующий аромат»? Или «пленяющее сочетание специй и цветов»? Ничего нового производители и рекламщики не придумали, но на сей раз, их описание попало в точку.
– Небо? – переспросила Антонина.
– А? – кажется, он немного задумался. – Да. Там в состав входят кусочки марципана, поэтому так называется. На самом деле – это обычный бисквит с ванильным кремом и посыпкой из лепестков миндаля. Ничего сверхнеобычного.
– Мне нравится, можешь пробить? – Глаза в глаза.
– У нас сейчас нет таких пирожных, – медленно протянул Даня.
– Значит, я зайду в следующий раз, – снова эта улыбка, от которой у подростка в прямом смысле задрожали поджилки. Очень хотелось выругаться, но он только досадливо закусил губу. – Мой телефон у тебя есть, позвонишь, когда пирожные будут готовы.
Шаталова развернулась к выходу. Из подсобки показалась голова Чингиза:
– Женщина, вам ничего не приглянулось? Если хотите, я дам попробовать. У нас совершенно свежие орешки со сгущенкой – беспроигрышный вариант, классический рецепт.
– Нет, что вы, – не оборачиваясь, ответила Тоня. – Кое-что мне очень приглянулось. Просто не хочу портить фигуру.
И с этими словами Шаталова покинула пекарню.
На прилавке сиротливо остался лежать отложенный ею маленький ангелок из мастики.
Долгое преодоление
Символ левой руки. Название знака соответствует основному значению. Однако, написанный в другом направлении символ приобретает несколько иной смысл – «осознанное, взвешенное решение», поэтому его часто сочетают с одним из знаков выбора. Пишется исключительно теплыми тонами, включая желто-зеленый, оливковый и другие зеленоватые цвета.
Город готовился к своему дню рождению. Дата была скромной, зато круглой – двести тридцать лет. А потому, пока жилищно-коммунальные службы наводили марафет снаружи, внутри торгового центра, прозванного горожанами «рыбешка», тоже шли работы. Рыбешкой центр назвали сразу по двум причинам. Первая, очевидная, происходила из официального наименования – «Рыбников», в честь владельца. Вторая причина заключалась в том, что до постройки торгового центра его территорию занимал птичий рынок, на котором, в основном, продавались рыбки.
Виктория помнила и рыночек, и самого Аркадия Рыбникова – местного предпринимателя и депутата в одном лице. Ей даже посчастливилось встретиться с ним лично, когда снимали репортаж об открытии «рыбешки». Было это целых десять лет назад. Тогда она еще была беззаботной студенткой, подрабатывающей в закутке на первом этаже. Сейчас ее магазин одежды заметно расширился и переместился чуть выше, в прямом смысле слова – на второй этаж. Наверное, кадры той знаменательной встречи хранились в каком-нибудь темном архиве городского телевиденья. Викторию это мало интересовало. Она не была охоча до славы.
Вика раскладывала акционный товар: женские футболки с принтами в виде букетиков цветов и надписью «I’m like a flower. Don’t touch without reason». Надпись была сделана слишком витиеватым шрифтом и плохо читалась, а цветы после первой стирки местами облезали. И все же майки разбирали очень быстро, так как над ними висела очень привлекательная табличка «Товар со скидкой 70 %». Сама Вика предпочитала подобной одежде более дорогие, зато и более качественные блузки из магазина напротив.
По торговому залу разливался кондиционированный воздух вперемешку с медленными мелодиями из репертуара Норы Джонс[23] и Мелоди Гардо[24]. Этакая кашка-размазня для уставших от крепленного рока ушей.
Посетителей было немного. Две девчушки лет по пятнадцать оживленно обсуждали разные покрои джинсов, чуть в стороне от них молодой мужчина одну за другой сдергивал с вешалки клетчатые рубашки. Набрал штук пять и удалился в сторону примерочной. Обычный рабочий день в магазине одежды средней руки.
– Вик, – с какой-то подозрительной интонацией позвала Надя.
Она стояла на стремянке, укладывая на самые высокие полки небольшие рюкзачки. Вика подняла глаза, не понимая, почему подруга оторвалась от своего занятия и с удивлением смотрит в сторону выхода.
– Что такое?
– Скажи, ты видишь, то же, что и я? – интонация стала еще загадочнее.
– Да в чем дело? – не выдержала Виктория. Обзор ей закрывала высокая стойка с новой осенней коллекцией для мужчин. Пришлось бросить майки и выйти в проход. – Ух ты, Рома…
– Это же Сандерс, да? Я не сплю, нет? – сползая с лесенки, продолжала задыхающимся голосом вопрошать Надежда.
– Да. Нет, – поочередно ответила на оба вопроса Вика, окончательно выходя из-под защиты рыже-коричневых блейзеров.
