Белов приник к окуляру и постарался разглядеть того, о ком говорил Тимофей. Вскоре он заметил дородного мужчину в богатых одеждах, который только сошёл со второй галеры. Вокруг него кружились несколько человек невоенного вида, смотревших на него с подобострастием. Действительно, вряд ли это был кто-то иной, нежели назначенный на Эзель шведский наместник. Его то и дело заслоняли солдаты в кожаных куртках соломенного и коричневого цветов, кюлотах чуть ниже колен и широкополых шляпах с пряжкой.
Небольшая группа шведов, менее дюжины человек, отправились осматривать хутор, оставленный ангарцами несколько часов назад. Однако в амбаре во дворе прятались Дильс и его ребята — выломав себе в задней стенке строения путь отхода. Логично было допустить, что шведы пожелают навестить одинокий хутор, находившийся недалеко от берега. И если дружинникам будет по силам схватить языка, то они это непременно сделают. Прошло пара томительных минут после того, как несколько солдат и находившийся с ними офицер разбрелись по хутору, вероятно стараясь найти нечто, что может им пригодиться. Перемещение врагов по двору отследить было невозможно, амбар и строения поменьше перекрывали обзор.
Внезапно грянувший одинокий выстрел стал полнейшей неожиданностью для находившихся в кирхе ангарцев — ведь Конрад с собою взял только холодное оружие. Значит, стрелял шведский офицер! Машинально переведя прицел на занятый врагом берег, Белов увидел небольшой переполох — около полусотни солдат, подстёгиваемые офицерами, бросились к хутору. Поводив прицелом по сторонам, чтобы найти пузатого чиновника, Брайан увидел его стоявшим на мостках первой галеры, откуда тот с интересом поглядывал на суматоху. Палец машинально нащупал спусковой крючок. Грохот наполнил своды колоколенки, в ушах у стоявших рядом людей зазвенело, а сверху посыпалась мелкая каменная крошка.
— Брайан! Ты хоть предупредил бы, чёрт тебя побери! — выругался флотский старшина, переводя дух. — Попал, нет?
— Ага, попал, — кивнул с озабоченным видом бывший марксман — лучший стрелок своего подразделения в американской армии, снова приникнув к окуляру. — Он плюхнулся в воду, вытаскивают. Нет, снова бросили — видать, ему грудину разнесло не кисло. Начинайте стрелять, друзья. Уже пора! — перезаряжая ангарку, приказал Белов.
Отряд дружинников, расположившийся во дворе кирхи, с тревогой ожидал прихода Дильса. Конрад не заставил себя долго ждать, возникнув под грохот винтовочных выстрелов ангарцев. Капитан дружины приволок с собой двух шведов — того самого офицера и совсем юного, до смерти испуганного рыжего солдата с разбитым в кровь лицом. Он беспомощно озирался по сторонам, ожидая скорой смерти, офицер же был без памяти и валялся в густой траве между обступивших его мрачных немцев. Дружинники потеряли в скоротечной схватке внутри амбара двух человек — один из них был зарублен солдатским палашом, второй же застрелен шведским офицером.
Приказав товарищам охранять пленных, Конрад помчался на колоколенку по полуразвалившимся каменным ступеням, поднимаясь к стрелявшим. Переведя дух уже наверху, он доложил об успешном захвате шведского офицера. Белов похвалил его, но когда узнал о смерти двух дружинников, покачал головой, в сердцах выругавшись.
— Обходят! — Кузьмин указывал на шведов, числом около сотни, что пробирались к холму, прикрытые амбаром и перелеском с густым кустарником.
— Всё, уходим! — крикнул Брайан. — По коням! Конрад, веди свой отряд к Пейде!
Тем временем шведы, поначалу рванувшие нестройной толпой к хутору, теперь со всех ног улепётывали обратно к берегу, бросались в стороны, прятались в канавах. Не видеть стреляющего по тебе врага и в то же время терять своих товарищей, падающих на землю и обливающихся кровью, — это страшно. Небольшой отряд обуял страх. Солдаты не знали, кто из них будет сражён следующим, и вскоре они, побросав тяжёлые мушкеты и пики, стали опасливо разбегаться в стороны, всё же оставив в траве не менее десятка трупов и нескольких затихших уже раненых.
Однако оставшиеся на берегу враги, поначалу бестолково заметавшиеся после того, как и там упало несколько солдат, теперь укрылись за прибрежными каменистыми обрывами, окаймлявшими бухточку. Третья и четвёртая галеры между тем оставались на воде, не подходя к берегу.
Не желая ожидать, покуда шведы обойдут церковь с обоих флангов, эзельцы, вскочив на коней, на рысях ушли к Пейде. На дороге близ этого небольшого посёлка с церковью-замком, в которой можно было выдерживать осаду, Белов сделал остановку. Там, где дорога делала петлю, огибая скальный выступ, Брайан оставил шведам, наверняка последовавшим бы за ними, небольшой подарок — бочонок пороха, заключённый подобно малой матрёшке в большую, которая была начинена небольшими железными обрезками. Эта смертоносная конструкция — заслуга прапорщика Сергея, который соорудил подобные мины в дни, когда остров покинули курляндцы. Тогда немного приуныли все, кроме ангарцев, старавшихся не дать упасть духом остальным. Ибо воинский отряд, не верящий в свой успех, заранее обречён на поражение.