Кун — замечательный историк науки, и, несмотря на то, что он не углубляется в анализ всеобщих философских парадигм, в его исследовании имеется богатый материал, в котором становление парадигмы «Тяготения как внутреннего свойства тел Природы» хорошо просматривается.
«Будучи не в состоянии, — пишет Кун, — ни объяснить тяготение на основании теории Ньютона, «ни заниматься практикой научной работы без «Начал»…ученые постепенно приходили к воззрению, что тяготение является действительно некой внутренней силой (выделено мною. — Л. Ф.) природы. К середине XVIII века такое истолкование было распространено почти повсеместно».
«Попытки объяснить тяготение»… были полностью прекращены большинством ученых XVIII века».
Томас Кун.Но в первый год XIX века «Философскую диссертацию» напишет Гегель.
«…законы, выдаваемые за законы обеих этих сил (центростремительной и центробежной. — Л. Ф.), суть на самом деле математические законы движения, лишь получившие несвойственное им обличив и название физических сил».
«…все эти различные силы — только пустые названия., без которых лучше было бы обойтись, ибо из пустоты этого различения и возникли вся путаница и нелепость в объяснении явлений».
Гегель.Вот (по Гегелю) откуда идет «путаница и нелепость в объяснении явлений», — у Ньютона появились «внутренние силы»: центробежная и центростремительпая.. — те же доводы, что приводили против теории Ньютона при ее «рождении».
Ну «центробежная» сила еще, как говорится, куда ни шло, она находила для объяснения аналогии, — вращаем мы, например, на веревочке грузик, — он движется по окружности. Отпускаем, — движется по инерции по касательной, и тем самым — бежит от центра. Понятно, согласуется со здравым смыслом.
Но «иентростремительная»?! — Понятно, но только для «грузика». Он «стремился к центру», потому что мы. т. е. тело, вокруг которого он вращается, прикладываем к нему силу (через веревку). Отпусти мы веревку, и нет «центростремительной» силы.
Здесь Мы (через веревку) передаем грузу силу. Мы — ее причина. Но там — при вращении планет по орбитам — никакой веревки не было и, будучи не в состоянии объяснить, что же заставляет планеты стремиться к Солнцу, «ученые постепенно приходили к воззрению, что тяготение является действительно некой внутренней силой природы». Приписали (за неимением другого объяснения) «притягивающему» телу свойство «притягивать». «Притягивать» ввиду наличия у тела «центростремительной» силы.
Как эта сила воздействовала через пустое пространство, было непонятно, но она была, и этого уже было достаточно, чтобы мысль искала тому объяснение. В конце концов, выработалось представление, что массы распространяют вокруг себя эту силу (передают ее «притягиваемому» телу) посредством волн гравитации (или каких-то частиц — гравитонов).
А вот это, заметит Гегель, — нелогично. Если распространяются от тела, то не притягивают, а отталкивают! Элементарно, Ватсон!
Рисуем.
Пускай это будет Солнце, притягивающее Землю. Солнце излучает гравитационные волны.
Похоже, чтобы притягивало?
Es stimmt nicht![12] — гениально заметил бы кадет Биглер, и был бы прав, — нет здесь никакой логики.
У нас тело (Солнце) излучает некое «Нечто». Это «Нечто», а сейчас мы, в отличие от Ньютона знаем (нам Эйнштейн объяснил) обладает массой, — вылетает, вырывается из Солнца со скоростью 300000 км/сек.
И мы согласились с тем, что если это «Нечто» встретит на своем пути другое тело, ударит в это тело, то не отбросит его, не оттолкнет? Тело это, видите ли, по нашим высоконаучным рассуждениям, должно, наоборот, — подвинуться к Солнцу!
Некий Гегель на своем идеалистическом языке начала XIX века нам втолковывает, что такое «противно и здравому смыслу, и понятию». Говорив, что у Вас, Господа, отсутствует «чувство природы». 200 лет не обращаем внимания!
