Знаки и чудеса полностью

И лишь сам Артур Эванс, располагавший всем письменным материалом, мог позволить себе роскошь не витать в заоблачных высотах. С большой тщательностью и осторожностью он сопоставлял факты, полученные из наблюдения над внешними особенностями письменных источников. Он видел, что таблички представляли собой инвентарные описи, списки людей, перечни животных и предметов; наглядно-изобразительные «идеограммы» в конце групп знаков или строк уточняли, о чем шла речь в каждом отдельном случае, а количество перечисляемого приводилось по десятичной системе. В начале строк стояли группы из двух или нескольких (до семи) знаков, изображавшие, очевидно, слова «минойского». языка. Рисунок 75 дает представление о том, как Эванс пришел к таким выводам. На рисунке (рис. 75, 1) воспроизведена табличка, которую Эванс в 1904 году нашел в кносском «арсенале», или «цейхгаузе»; она состоит из 12 слов (легкоразличимых благодаря коротким вертикальным слово-разделителям) и имеет на конце (справа вверху) несомненную пиктограмму боевой колесницы (вид сверху); тут же рядом цифра «три».

Рис. 75. 1 — Табличка «боевой колесницы» из Кносса. 2 — Некоторые идеограммы крито-микенского письма: а — мужчина; б — воин; в — панцирь; г — женщина; д — платье; е — ткань; ж — свинья; з — теленок; и — баран; к — копье; л — стрела; м — меч; н — бронза (?) о — медный слиток; п — мед, составлено из двух слоговых знаков me-ri (греч. meli, ср. латинск. mel); р — боевая колесница; с — колесо

Среди ученых, трудившихся в годы застоя над микенской письменностью, следует выделить А. Э. Каули, уже известного нам в связи с дешифровкой хеттских иероглифов. Еще в 1927 году он обратил внимание исследователей на шесть знаков. Три из них в группах  и  всякий раз повторялись перед указанием общего итога в инвентарных описях; что касается трех других, то они входили в группы  и , для которых Каули предположил значение «ребенок»: «мальчик»  и «девочка» . В дальнейшем его предположение подтвердилось.

Однако это вовсе не означало, что период заблуждений окончился. Долгое время еще занимались всякого рода домыслами, приписывая критским табличкам, помимо уже ранее упомянутых языков, также «догреческий», «пеласгский» и даже «эгейско-азианический диалект, родственный хеттскому языку». Но всех превзошел некий совсем юный англичанин, восемнадцатилетний студент, который еще в 1940 году исследовал таблички в целях установления их этрусского происхождения. Наш студент упорно и твердо придерживался своего особого мнения вплоть до 1952 года, когда он… в действительности дешифровал крито-микенское линейное письмо Б.

И все же тем инструментом, на котором была сыграна прелюдия к дешифровке, оказалась лопата археолога. Уже в течение десятилетий памятники рассматриваемой нами письменности были известны также и по находкам в материковой Греции, в Микенах и Фивах, в Тиринфе, Элевсине и Орхомене. Только тогда эту письменность называли «минойской». Поэтому Эванс просто объявил микенцев критскими» захватчиками и колонистами на материке; филологи же пытались, как мы уже видели, попеременно навесить на них ярлыки то пеласгов и этрусков, то иллирийцев и хеттов и т. д., и т. п.

Тупик, в который зашло исследование памятников «ми-нойского» письма, был в значительной степени создан руками самого Эванса и его сторонников, господствовавших в этой отрасли науки и пресекавших всякие попытки критического пересмотра материала. Дело дошло даже до того, что» маститый ученый А. Д. Вейс вынужден был уйти с поста руководителя Британской школы — английского археологического института в Афинах, оставив поле битвы за Эвансом..