Время не лечит. Особенно когда теряешь самое дорогое. Особенно когда правду от тебя скрыли. Но вот в Ленину дверь стучит бывший муж и говорит, что всё неслучайно. Он рассказывает о знаках, учит их видеть. И теперь вместе они раскроют тайны прошлого, чтобы будущее не пошло прахом. Для них оживут городские легенды и кровавые ритуалы из древних мифов. Они пройдут через ад на земле, чтобы в конце пути столкнуться с самым опасным врагом – человеческой натурой, лживой, непостоянной, но иногда способной творить настоящие чудеса…
Annotation
Время не лечит. Особенно когда теряешь самое дорогое. Особенно когда правду от тебя скрыли. Но вот в Ленину дверь стучит бывший муж и говорит, что всё неслучайно. Он рассказывает о знаках, учит их видеть. И теперь вместе они раскроют тайны прошлого, чтобы будущее не пошло прахом. Для них оживут городские легенды и кровавые ритуалы из древних мифов. Они пройдут через ад на земле, чтобы в конце пути столкнуться с самым опасным врагом – человеческой натурой, лживой, непостоянной, но иногда способной творить настоящие чудеса…
Знаки
Пролог
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Эпилог
Знаки
Пролог
Все персонажи и события вымышлены.
Любые совпадения — не случайны.
Сквозь пелену грёз она услышала мелодию. Слишком знакомую, чтобы не проснуться. Слишком настойчивую. Девушка с усилием открыла глаза и посмотрела на часы. Три пятнадцать. Какого чёрта?
Она сунула руку под подушку, нашла телефон. Зевнув, ткнула «Принять вызов».
— Лена, — донеслось из динамика. — Это Маша.
Она не ответила, пытаясь сообразить, что происходит. На секунду собеседника перекрыл белый шум.
— Лена, — повторил голос. — Женя погиб.
Телефон едва не выпал из ладони, вмиг покрывшейся ледяной испариной. Лена рывком села в кровати, согнав кошку, которая спала в ногах.
— Нет, — прошептала она.
«Нет», — повторили её мысли.
— Это просто сон, — голова качнулась в отрицании.
«Это не сон», — припечатал внутренний голос.
Лена судорожно всхлипнула, отлично зная, что голос прав.
Она уронила руку с телефоном на колени. Не было сил снова поднять её и приложить к уху. На экране так и светилось «Женина жена». Без фото. Лена видела её всего пару раз. Хорошая девочка.
Вдруг надпись смазалась. Лена не сразу поняла, что её размыли слёзы. Она вообще тогда мало понимала.
— Ты чего? Что случилось? — сонная Аня вбежала в комнату. — Орёшь так, будто убивают кого!
— Уже, — прошептала Лена помимо своей воли.
— Что? — сестра подошла ближе. Она часто моргала, сбивая сон.
Лена вернула трубку к уху, прижав её плечом, потому что рука едва слушалась. Маша продолжала говорить. Сквозь стоны и плачь. Сквозь боль, которая глушила радиосигнал и все звуки в мире.
Лена подняла глаза на Аню, которая так и стояла посреди комнаты. Похожая на приведение в свете телевизора, работающего на минимальной громкости.
— Женя погиб, — одними губами проговорила она. У Ани подломились колени. Губы сжались, скривились, побелели.
Лена плохо помнила, что было дальше и как они с Машей закончили разговор. Скорее всего, каждая выла в свою трубку, пока кто-то не выронил телефон. Аня забилась в дальний угол и тихо скулила. А Лена потом откинулась на кровать и смотрела в потолок, пока он из чёрного не перекрасился в оранжевый.
На рассвете они созвонились с отцом. Поехали в Почеп на Лениной машине. Удивительно, но она догадалась позвонить на работу. Там поняли. А если бы не поняли, это ничего бы не изменило.
Тело привезли тем же вечером. Она узнала брата по рукам. По лицу не смогла бы узнать, лица не было.
Лена так и не поняла, как пережила те самые кошмарные часы своей жизни. Такие часы хочешь всеми силами забыть, но они навсегда врезаются в память мельчайшими деталями. И кажется, что проще было свихнуться, понапридумывать себе.
Что Лена запомнила, так это похороны. Яркое солнце и лютый мороз. Женю отвезли в Жирятино, на Новое кладбище. На Центральном места закончились лет десять назад.
Было много людей, она знала не всех. Не знала худого невзрачного парня в сером плаще. Он мелькнул вдалеке меж надгробий и растворился как рассветный туман.
Девять дней, сорок дней… Потом она снова приехала в Почеп без предупреждения. Вошла в незапертую дверь и услышала музыку. Сразу узнала. Одна из тех композиций, которую она подобрала в ночь перед похоронами.
Отец Лены сидел в гостиной с бутылкой водки в руках и смотрел прямо перед собой. Девушка обратила внимание, что бутылка наполовину пуста и ещё несколько лежат возле стула.
Она не могла представить, что чувствует папа. Но в каком-то смысле ему было проще. Он мог напиться до беспамятства и провалиться в беззвучную тьму на полдня. Лена так не могла, не получалось.
Она ходила на работу, встречалась с друзьями, что-то делала по дому. Жизнь продолжалась. Но лишь потому, что она ни на миг не забывала, что произошло.
