Военные тоже люди. Ему тогда как-то не по себе сделалось. Он сразу припомнил, что оставил ключи в другой куртке. Прибежал в машину, а у его женщины уже схватки. Припустился в роддом, но рождения так и не вышло. Да еще сказали доктора, что не стоит больше пытаться по поводу детей.
Как он это услышал, так сразу вспомнил про фотку и готов поклясться, что не было на этой фотографии никаких надписей до того проклятого дня.
Позвонил он своей бывшей жене и стал угрожать, чтобы вспомнила она о той надписи. А бывшая наотрез отказывается. Говорит, что не в ее это характере – зловещие предсказания давать и что она его уже забывать стала, а тут он сам объявился. Прапорщик не верит, все в нем кипит. Говорит, приеду к тебе, разберемся, не смеешь мне жизнь новую портить! Ну, все на эмоциях, фонтанирует парень. Поперся к бывшей инквизицию устраивать, пошумел там. На горячую руку вправил мозги ее хахалю.
В это время неудачливая роженица уже его разыскивает. Узнает, что тот к бывшей супруге подался, и переклинило у нее на измену. Истерика, мамке своей звонит, рыдает, воет, что мужик от нее ушел из-за ее выкидыша.
Тем временем страсти поутихли у нашего прапора. Бывшая дала ему выпить. Зачем, спрашивается, он повелся? Интуиция женская или бабье колдовство. Прапор забыл случай с неудачными родами, и всю ночь они с бывшей женой вспоминали и разговоры разговаривали. Он говорит, там и классиков цитировал, раскаивался, всплакнул не раз. Ну и весь этот диалог скрутился к нормализации дипломатических отношений, да! А через неделю они уже съехались.
Что интересно, потом он искал – переискал ту фотографию, никак не мог найти. Он нам эту историю рассказывал и удивлялся: как же он за одну ночь все забыл – и новую жену, и вообще, что у него другая жизнь была. Сейчас говорит, что не поймет, что было настоящим – его первый брак или та, другая женщина. Но интересно ведь – сейчас все ему явным кажется, а развод с первой женой, сожительство с другой тетей – будто фантастическое приключение. Говорит, что вспоминает прошлое, как фильм, что-то неправдоподобное!
– Ох!
Затаив дыхание, Лора слушала рассказ мужа: глаза женщины превратились в кругляшки с мигающими ресницами. Рассказы, особенно интересные, она обычно сдабривала собственными комментариями, словно являлась свидетелем описываемого события. И сейчас удивлялась, как муж все кратко, но объемно обрисовал.
– Вот это да, мир бы умер без таких историй! Ты хочешь сказать, что Сита… как это… воспоминание, что ли?! Прости, я не совсем ухватила, к чему ты клонишь. Если мы скульптурку ребенку покажем, она что, нас, родителей, позабудет?! Не тот у нее возраст, чтобы память с дырками… Думаю, случай твоего прапорщика возможен только с военными, к тому же алкоголиками…
– Не надо, говорю тебе, ничего Сите показывать! А то сама потом будешь подружкам былины рассказывать… Дай ребенку восстановиться после травмы.
– Не сомневаюсь, на ней все быстро заживет, – произнесла Лора и добавила: – как на собаке.
Муж резко посмотрел на нее, а женщина только улыбнулась в ответ. Она уже про себя решила показать статуэтку Сите, получится из этого метафизика или нет.
Из опустевшего Серафиминого дома носильщик привез статую в Лорину обитель, но дотащил тяжесть только до кладовки, сославшись на покалывания в пояснице. Опережая мелко семенящего мужчину, Лора поспешно расчистила тумбочку – что-то убрала, что-то не успела.
Из-за боли носильщик спешно опустил статуэтку, но пропустил мимо ушей стеклянный хруст. Лора тоже не заметила, так сильно не терпелось показать дочке чудо.
Поначалу сенсационного впечатления на девочку каменная женщина не произвела. Естественно, ребенок захотел потрогать скульптурку. Коснулась девочка очень аккуратно, даже с неким трепетом. При этом отчего-то сказала – «каменная мама»!
– Почему каменная мама?
– Ну, она же каменная?!
Лоре было трудно оспаривать эту истину.
– А почему «мама»?! – негодовала подлинная родительница.
– Это ведь женщина? Ты говорила, все женщины – мамы, – сказала Сита, не понимая, почему Лора задает такие очевидные вопросы, и добавила:
– Видишь, у нее сабля, и дяденька рядом валяется.
Сейчас Лора впервые заметила, что под ногами у «каменной мамы» не земля, а действительно, чье-то явно мужское тело. От этого ей сделалось не по себе.
– Ужас какой! Дедушкина скульптура, но не понимаю, почему он… ну, зачем такая чудовищная сцена. Кошмар!
– Ничего страшного нет! – уверенно произнесла девочка, – а дяденька, который лежит, совсем не плохой. Он, может, любит эту женщину.
– С чего ты взяла? – удивилась Лора.
– Мне кажется, дяденька просто лег на пути у этой женщины, чтобы она не убила кого-то еще. Смотри, у дяденьки глаза закрыты только наполовину. Видишь? Это значит, что он смотрит на нее, но хочет, чтобы тетя думала, что он спит…
– Откуда такая эрудиция? Ну, ты и наблюдательная…
Словно не заметив недоуменный тон родителя, девочка продолжала:
– Дядя думает, что, когда каменная мама увидит его спящим, она побоится на него наступить и остановится. Тогда она не сможет растоптать…
