– Пожалуйста, отдайте мне оружие, – сказал Чжун Цзиминь заметно дрогнувшим голосом.
Визитер повернулся к нему лицом.
– Вы когда-нибудь стреляли в людей? – спросил он. – У вас есть на счету убитые?
– Что? – Пульс у Чжун Цзиминя откровенно взбесился.
– Я хотел бы знать две вещи: зачем вы их убивали и как себя после этого чувствовали.
Ствол дробовика был теперь направлен Чжун Цзиминю в живот. И тот решил ответить честно. Отчасти из-за оружия, грозящего проделать ему дыру в брюшине, но еще из-за того, что этот тип заставил его потерять лицо.
– Да, я убивал. И каждый из тех людей был виновен перед законом. Когда я смотрел, как они падают наземь, главным моим чувством была удовлетворенность от того, что я выполнил свою миссию и справедливость восторжествовала. – Он выпятил грудь. – Когда я служил снайпером спецподразделения, моя работа состояла в том, чтобы уничтожать людей, представлявших серьезную угрозу общественной безопасности.
Какое-то время молодой человек молчал.
– Ты можешь гарантировать, что все, кого ты убивал, заслуживали смерти? Что ты никогда не злоупотреблял своей смертоносной властью?
– Да, могу. Я убивал похитителей, маньяков-убийц и рецидивистов, бежавших из-под стражи. Каждый из них заслуживал смерти за свои преступления.
Визитер замер.
– А помнишь ли ты человека по имени Вэнь Хунбин? Восемнадцать лет назад…
Чжун Цзиминь был так потрясен этим, что утратил дар речи и не нашелся что ответить.
– Откуда ты знаешь это имя? – вырвалось у него наконец.
– В официальных отчетах полиции ты указан под псевдонимом. Не из боязни ли, что люди узнают про твои деяния?
Чжун Цзиминь мотнул головой.
– Хотя минуту назад, когда ты говорил о людях, убитых тобой, в твоем голосе звучала даже гордость.
– Это было совсем другое дело, – сказал Чжун Цзиминь, пытаясь сохранить самообладание. С глубоким вдохом пришла решимость ответить откровенно. – Тот человек не должен был умереть.
– Почему же?
– Наши переговорщики уже уладили ситуацию, – произнес Чжун Цзиминь, мысленно блуждая взглядом по своим воспоминаниям.
– Однако ты его застрелил. Убил человека, который не заслуживал смерти.
– Я его не убивал, – отчужденно сказал Чжун Цзиминь.
– Что ты имеешь в виду?
– На самом деле не убивал… Послушайте, на этой информации гриф секретности. Что вас к ней так тянет?
– Если его убил не ты, то кто?
Чжун Цзиминь не мигая смотрел на дробовик.
– Если Вэнь Хунбина убил кто-то другой, почему псевдоним присвоили тебе?
– Я же уже сказал, та информация засекречена. – Он снова сделал глубокий вдох и попробовал сменить тон: – Пожалуйста, верните мне оружие.
Визитер подступил на шаг ближе. Чжун Цзиминь отшагнул назад.
– Опомнитесь, что вы делаете? – сказал он дрожащим от вязкого страха голосом.
Молодой человек уткнул дробовик в живот Чжун Цзиминя.
– Настоящий стрелок не имел полномочий спускать курок, не так ли? Он даже не был полноценным полицейским. Если б этот факт попал в отчет, то и стрелок, и Дин Кэ были бы привлечены к ответственности. И тогда начальник Дин сказал команде, что Вэнь Хунбина застрелил ты, и присвоил тебе в официальном отчете псевдоним. Дин Кэ снял с крючка истинного убийцу, а тебе даже не пришло в голову это оспорить?
Чжун Цзиминь был потрясен. Прошло так много лет, что он давно уверился: дело легло под сукно навсегда.
– Кто ты такой, черт возьми?
– Скажи мне правду! – рявкнул незнакомец. –
– Ответ ты уже знаешь.
Тот вздрогнул, как от удара ножом.
– Но почему? – процедил он себе под нос, стиснув зубы.
Чжун Цзиминь улучил момент. Качнувшись вперед, левой рукой он ухватил дробовик, а правой – горло противника.
Неуловимо резким движением, размытым, как пятно перед глазами, незнакомец сбил его руки, а затем к голове Чжун Цзиминя притиснулось нечто льдисто-холодное – ощущение, которое не спутаешь ни с чем.
– Почему этот стажер нажал на спуск? Говори! – выкрикнул незнакомец.
На шее у него вздулись жилы. С искаженным, диким от отчаяния лицом он еще сильнее, до боли притиснул ствол к голове Чжун Цзиминя.
– Выкладывай – я не могу торчать здесь вечно!
– Не знаю. – Сердце Чжун Цзиминя лупило о ребра, как молот о наковальню. – Я был снайпером, не более. За всем наблюдал сверху. Подозреваемый постоянно двигался по квартире, специально меняя положение, чтобы я не мог взять его на прицел. Вошел полицейский, чтобы договориться. Начальник по рации доложил, что все идет гладко, и я уже начал думать, что все обошлось. А через секунду-другую раздался выстрел. – Теперь веки у Чжун Цзиминя подергивались, верхняя губа дрожала. – Полицейский-переговорщик убил подозреваемого. Но я этого не видел – на тот момент они находились в другой части квартиры.
– Почему этих деталей не было в отчете?
Чжун Цзиминь набрал в грудь воздуха:
– Были бы большие неприятности, если б выяснилось, что подозреваемого застрелил неподготовленный полицейский. И начальник Дин решил выставить все так, что подозреваемого застрелил я, а меня вписал в отчет под вымышленным именем. Сначала я воспротивился. Но тогда он предложил повысить меня.
