– На следующий день у нас началась работа, и я увидела, как умеет работать Свиридов. Рано утром мы вошли в пустой ангар, а к вечеру … К вечеру там кипела работа … Было десять телефонных линий, в том числе две линии спецсвязи … У меня на столе стояли три телефона – два городских и спецсвязь … Городской и спецсвязь параллельно Свиридову, а у него еще два – независимый городской и спецсвязь … Сейф с меня ростом, пишущая машинка, две девочки и два мальчика для поручений … В ангаре появились столы, сидели … сидели исполнители, звонили телефоны … в открытые ворота въезжали автомобили, и с мигалками тоже … Стояла охрана, пропускавшая идущих к Свиридову …
– Стали приходить … стали приходить … посетители … Нет, это не так – это были не посетители, а будущие сотрудники … Свиридов беседовал с каждым, и несколько минут ему было достаточно, чтобы пришедший начинал работать или уходил …
– Так быстро? Несколько минут?
– Я поняла потом – мы были знакомы с Анатолием Ивановичем минут двадцать – двадцать пять … Да, не больше … А он уже знал про меня все, и я знала свои обязанности надолго вперед … К вечеру у Свиридова появился блокнот с именными страницами, печать … начальник отдела кадров …
– На следующее утро мы с ним были на объекте – на площадке, где теперь наш город … Стоял одинокий экскаватор, в неглубоком котловане курили мужики … Мы въехали на машине прямо к котловану, нас никто не остановил …
– Еще через день там стояли большие армейские палатки с громадными столами и яркими лампами, суетились проектировщики, на территорию без ведома Свиридова пройти никто не мог … Еще не было электричества и за палатками шумел движок и дымили две походные кухни …
– Мы жили в палатках … были две палатки охраны, три палатки проектировщиков для мужчин и три для женщин, была большая палатка-столовая, палатка спецсвязи, палатка оперативной полиграфии … Автобус с Москвой, но большинство жили там …
– Я видела, как … как рождались чертежи главного корпуса, как Анатолий Иванович своей рукой начинал каждый этаж, каждый лист чертежа … И к вечеру этот этаж был готов – за неделю вся проектная документация по главному корпусу была готова …
– Это по этому корпусу?
– Да, по этому. В архиве можно посмотреть – поправки потом были минимальными … И сразу приказ, премирование, поздравления … Он сам поздравлял с праздниками и дарил дамам цветы … Казалось, Анатолий Иванович никуда не спешил, но все совершалось … все происходило молниеносно …
– Мари, почему вы постоянно делаете маленькие паузы?
– Это вам мешает?
– Нет, просто интересно.
– Русский язык я знаю хорошо, но это не мой родной язык. И потом я на ходу … Как это? Я на ходу редактирую свои слова.
– Но это замедляет вашу работу?
– Нисколько. Например, я долгое время стенографировала … я стенографировала … не на русском языке.
– Но это же сложно! Переводить …
– Этому учат. И еще память. Анатолий Иванович никогда ничего не забывает, но в мои обязанности входит его график, и я должна это знать и помнить. Тогда я была рядом с ним везде и постоянно. И записывала не всегда.
– Рассказывают, что на площадке что-то взрывали?
– Да, взрывали. Котлован под корпус пришлось переделать, его взрывали на выброс … А потом приезжали … приезжала Антонина Ивановна с Гришей, и они иногда жили в палатке Свиридова, и Гриша рисовал чертежников – я видела его рисунки …
– Мари, вы давно работаете с Анатолием Ивановичем. Что бы вы главное отметили в его работе?
– Внимание к людям. Умение работать с людьми. Умение распознавать людей, выбирать их, отбирать … Он так быстро собрал вокруг себя помощников, специалистов … единомышленников! И мгновенно отсеивал балласт – карьеристов, трепачей, демагогов … На площадке через неделю кроме палаток проектировщиков появились палатки физиков, связистов, спецчасти …
– А когда строили корпуса палатки убирали?
– Нет. Оказалось, что палатки не мешают. Два подъемных крана, самосвалы, подъездные пути … Как Анатолий Иванович угадал, где ставить палатки? Лишь одну палатку пришлось убрать, палатку санчасти.
– Была и санчасть?
– Все как положено. Первая постройка была – деревянный сарай для заседаний. Его так и звали – сарай. Свиридов сам показывал плотникам, как им лучше и быстрее связать каркас …
Мари Владимировна.
Главное у Свиридова – внимание к людям. Внимание и оценка деловых качеств. После этого доверие и требовательность.
Дружеское расположение и умение сохранять дистанцию, не обижая человека.
И главное, надежность.
Интервью с Потапом Потаповичем Жене пришлось редактировать особенно тщательно.
Потап родился в весьма обеспеченной, интеллигентной и благополучной семье профессора Московского Университета и редактора книжного издательства «Наука».
Потап был единственным ребенком, но при прекрасных отношениях отца и матери, просторной квартире, добродушной и заботливой няне мальчик чувствовал себя одиноким.
И это отложило отпечаток на всю его последующую жизнь.
