Если вы впускаете в дом незнакомого мужчину, нужно быть готовой ко всему. Он может ограбить вас или покорить ваше сердце. Может подружиться с вашим сыном или заставить вас изменить свою жизнь. А может сделать всё это вместе, – или хотя бы попытаться…
Таня открыла дверь и увидела на пороге мужчину, похожего на обледеневшую статую. Хорошо, хоть сосульки с носа не свисали. Вообще, он был симпатичный – молодой, кудрявый, глаза голодные. В руках гость держал удостоверение полицейского, из-за которого Тане и пришлось открыть ему.
Сличив фотографию на удостоверении с оригиналом, Таня строго поинтересовалась, чем может помочь. В ответ кудрявый, слегка конфузясь, заявил, что ему необходимо поселиться в Танином коридоре на неопределенное время. Поскольку в квартире напротив образовался наркоманский притон, организаторов которого он планирует выслеживать через глазок в Таниной двери.
Таня вздохнула. С этой квартирой напротив были одни неприятности, – хозяева постоянно ее сдавали. Причем, как нарочно, находили каких-то асоциальных элементов. Вот и теперь, по их милости, Тане предстояло провести энное количество времени в обществе стремительно оттаивающего полицейского.
– И когда они должны появиться? – уныло спросила Таня.
– К сожалению, я с преступниками лично не знаком, поэтому не в курсе их планов, – фыркнул парень. От улыбки его глаза стали теплыми и совсем мальчишескими.
Таня тоже засмеялась, поняв глупость вопроса. Внезапно она подумала, что этот полицейский – довольно симпатичный, хотя это, конечно, не повод врываться в ее квартиру.
– Но вечером я вас выгоню, – напустив на себя суровость, сказала она. – У меня ребенок маленький, надо соблюдать режим.
– Хорошо, буду вечером мерзнуть, – вздохнул он. – Кстати, меня зовут Олег.
– Знаю, прочитала на удостоверении. А я – Татьяна Александровна, – проворчала она.
Таня вернулась к своему компьютеру, а Олег оккупировал коридор. Он не слишком мешал ей – стоял в коридоре, прильнув к дверному глазку, наблюдал. Проходя мимо него на кухню, Таня видела только могучие плечи, тесно обтянутые полицейской курткой. «Неужели им выдают форму не по размеру? – задумалась она. – Он больше похож не на полицейского, а на стриптизера в форме полицейского».
Мысль про стриптизера закралась ей в голову абсолютно зря. Таня отогнала ее и позвала Олега пить чай.
– На пять минут оторваться то вы можете?
Олег на минуту задумался, прошел на кухню, выглянул в окно.
– У вас окна на подъезд выходят? Тогда ничего страшного, буду смотреть за входной дверью.
Он сел на кухонный диванчик и улыбнулся Тане:
– Чем угощать будешь, хозяюшка?
– Чаем с печеньем, – почему-то смутилась Таня. – Или вы кофе хотите?
Олег посмотрел на нее с улыбкой и чем-то странным в глубине глаз, – с каким-то нижним слоем, который Таня разгадать не смогла. Она слегка напряглась.
– Я борща хочу, – наконец сказал он. – Но у вас же борща, очевидно, нет?
– Почему «очевидно»?! – полезла в бутылку Таня. Борща у нее действительно не было.
Олег бросил быстрый взгляд в окно, на входную дверь. Когда он снова посмотрел на нее, ничего странного в его глазах уже не плескалось.
– Извините, если обидел. Я просто вижу – одна живете, без мужика. А борщи женщины сами себе обычно не варят.
Таня разозлилась так, что у нее задрожали руки. Чтобы скрыть это, она повернулась к нему и уставила руки в боки.
– А почему я вас должна кормить борщом, скажите на милость?! Мало того, что вы ввалились в мой дом, мешаете мне работать! Там вам еще и печенья мало! Борща вам подавай! А больше ничего не хочешь? Кулебяки, расстегайчиков, холодца с хреном?!
Она почти кричала и ужасалась сама себе. Что это с ней происходит – с ней, которая всегда гордилась своей сдержанностью? Почему она так реагирует на этого странного парня, который моложе ее по меньшей мере на 10 лет?
Олега ее крики не смутили. Он откинулся назад, улыбнулся еще шире и сказал:
– Я так понимаю, из этого набора меня ждет только хрен. Ладно, давайте ваш кофе.
Тане до смерти захотелось его ударить. И, одновременно – рассмеяться. Она была в такой растерянности, что молча повернулась и принялась варить кофе. Когда он был готов, она так же молча поставила перед Олегом чашку и блюдце с печеньем.
– Спасибо, – сказал он. И, после паузы: – Таня… Не злитесь на меня. Это не мое дело, конечно. Но я вижу, что вы одна. Не день, не месяц. Уже давно. И я не могу понять, почему. Ведь вы – такая красивая и интересная женщина.
Его голос звучал так искренне, с таким сожалением, синие глаза смотрели честно и прямо… Таня не могла больше на него злиться. Она налила себе кофе, села напротив.
– Так бывает, Олег, – сказала она. Без грусти, просто констатируя факт. – У меня есть сын. Это для меня – самое главное.
После тяжелого развода Таня еще на что-то рассчитывала. Завязала отношения, влюбилась. Мечтала, как они будут жить втроем. Как сын Пашка будет называть «папой» ее нового мужа. Но потенциальный муж мальчика не любил. Он, конечно, говорил Тане, что дети для него – в новинку, и он просто пока не знает, как с ними обращаться. Но она прекрасно видела, как коробит ее избранника тот факт, что Пашка – сын какого-то мужика. Она пыталась уговорить себя, что со временем он привыкнет, полюбит ее сына… Пока однажды не увидела, как он втихаря дает Пашке подзатыльник.
