— Добрый вечер, господин министр, не ожидал.
Кингсли кивнул какому-то блеклому субъекту, и тот моментально испарился, аппарировав.
— Добрый, Северус.
— Ты же вроде, сильно занят? — Снейп сел в кресло напротив, призвал графин с огневиски, которым Кингсли, судя по полупустому стакану в его руках, уже воспользовался.
— Знаешь, присылать сову Министру с такой просьбой — не лучшая идея. Да еще такую сову. Ты ее где откопал? Она секретаршу чуть до обморока не довела, — Кингсли отхлебнул из бокала.
— Как вы сняли защиту с дома?
Бруствер усмехнулся:
— Так я и выложил тебе все секреты. Сняли, дело не самое хитрое, особенно когда дом принадлежит служащему министерства.
Северус плеснул виски в стакан. Пить он не собирался: зная Кингсли, лучше было не начинать, а то на заседание завтра кто-то из них, а то и оба не попадут.
— Ну, как память? Вернулась? Помнишь боевое прошлое? — спросил министр после паузы.
— Помню.
— Очень хорошо… — Кингсли прикрыл глаза. — И какие…планы?
— Какие у меня могут быть планы? Спокойная тихая жизнь, вдали от основных событий, особенно политических.
— Значит, Гарри был прав. Что ж… — Бруствер пригубил напиток. — Со скуки не помрешь? Чем занимаешься? Зелья варишь?
— Мешаю потихоньку. Исключительно для себя.
— Мне сваришь?
— А у меня будет возможность? Завтра заседание…
— Ох, брось, — Кингсли поморщился, — посидим тесным кружком. Тем более о политике ты говорить не хочешь. Я тоже о ней наговорился, аж тошнит. Но некоторым не надоедает, прямо не знаю, как их успокоить… Денег много, заняться нечем, вот и лезут…
— Да, такие часто мешают жить, — согласился Снейп.
— Ты, кстати, где ходишь-то? Я тебя минут десять жду, — со стороны могло показаться, что они два друга, которые привыкли вот так запросто встречать вечерком за стаканчиком виски.
— В Мунго был.
— Здоровье пошаливает?
— Нет, но Белинда хотела удостоверится лично, что со мной все в порядке, с головой в том числе. Кстати, мы с ней обсуждали вопрос возможного… сотрудничества.
Кингсли усмехнулся:
— Вот как. Значит, с Кэррол. Знаешь, главный целитель в ее присутствии дышать боится. Ей, кстати, предлагали место главного целителя. Отказалась. Почему люди отказываются от таких предложений?
— Потому что знают, к чему это обязывает? Я бы тоже не согласился… на подобное. Тихая лаборатория в Мунго… самое лучшее место.
— Действительно, — Кингсли встал. — Тогда и правда, надо зайти в Мунго. Министр должен поправлять здоровье при помощи своих врачей. А то, слышал, под меня копают, всякие, типа я продался янки, своим не доверяю. Отравить тут пытались, — он махнул рукой. — Такая тоска, эта работа министром… Но пока я уходить не намерен, — он недобро усмехнулся. — Кто бы что ни думал по этому поводу.
Северус кивнул:
— Смена правительства редко когда оборачивается добром.
— Вот именно, — Кингсли поставил стакан на стол. — И вот еще что… Мы своих, — он выделил последнее слово, — не бросаем и защитить можем.
— Спасибо, — Северус отвесил поклон, прекрасно понимая, что он пока в категорию «своих» не входит, и не факт, что войдет. Но на душе стало легче: Гермиона под присмотром.
— Не ходил бы ты ночами по улицам, а то опять прилетит в спину чего-нибудь, — Кингсли взял мантию. — Отличная майка, кстати. Обожаю магловские мультики, очень хорошо прочищают мозги, жаль времени на них нет, — и с улыбкой аппарировал.
Снейп повалился в кресло. Дай Мерлин, что он все сделал правильно и правильно понял Кингсли.
Он думал, что не уснет и не стал ложиться. Взял книгу, устроился в кресле и сам не заметил, как задремал.
Ему приснилась Лили. Впервые за долгие-долгие годы.
Даже когда он был влюблен без памяти, она снилась ему редко и даже во сне она уходила от него, даже так он не мог быть с ней. После ее смерти он мечтал, что она будет приходить к нему, и хотя бы во сне он сможет вымолить у нее прощение, увидеть ее еще раз, заглянуть в ее глаза. Но ему снилось все, что угодно, но только не она. Наверное, это было еще одной гранью его наказания, словно было мало пытки работы учителем, приказов Альбуса, возрождения Лорда, неизбежности встречи с ее сыном…
И вот теперь — она приснилась, а он не испытал ничего, кроме тоски по ушедшему чувству и сожаления, что их жизнь сложилась так. Он встал, размял мышцы. За окном светало, и смысла ложиться спать не было. Он сварил себе кофе и вышел в сад.
Наверное, Лили приснилась не просто так. Он опять полюбил женщину, которая не будет с ним. Только вот он уже не тот Северус Снейп, который будет врать себе и надеться, что Гермиона прозреет…
