-Недавно Риота закончил колледж, дядя, и прежде всего я хочу избавить его от этого фарса, под названием брак. Теперь, когда ребенок Хидео родился, мы можем сделать тест на ДНК и надавить на министра. Уверен, он не захочет публичного скандала и пойдет на все наши условия, в том числе и продажу акции компании Рюноске, этого будет более чем достаточно для начала войны с этим человеком, и мы сможем выложить свои пока что не главные козырные карты.
-Не забывай, Керу, что для Риоты он отец, пусть и мерзавец по сути. Будь осторожен, не причини ему куда большей психологической травмы, открыв шокирующую правду о вашем прошлом.
-Не переживай, дядя Кен, еще слишком рано заключать мальчика в отцовские объятия. И у меня не зря работают два осведомителя в особняке Тамуры, так что я прекрасно знаю их родственные отношения. Рюноске не способен никого любить, даже собственного сына, который платит ему тем же, а после того, как он продал Ри за слияние компаний, от сыновних чувств там мало что осталось. Сейчас у мальчика особенно сложный период, он начинает работать в компании, важно дать ему время набраться опыта, но в той обстановке, какую создал для него отец, сложно сосредоточиться на деле. Вот поэтому первостепенное значение приобретает личное равновесие, а для этого надо как можно скорее изъять Хидео из жизни Ри. Я не говорил тебе, но он не переносит даже запаха этого ублюдка, не говоря уж о том, чтобы близко общаться с ним или исполнять супружеский долг.
-Так они не живут, как супруги, Керу?
-Горничный доложил, что Риота даже близко не подходит к супружеской спальне, через день ночуя вне дома, и это при том давлении, которое оказывает на него отец, требуя наследника. Если так пойдет и дальше, мальчик сломается прежде, чем мы успеем вмешаться.
-Чем я могу помочь, племянник?
-Я мог бы послать любого из своих помощников, но это семейное дело, и поэтому я хотел бы поручить все тебе, дядя. Вот четыре образца генетического материала: Риоты, двух младенцев и парня из ночного клуба. Сделай три теста на ДНК, с лабораторией я договорился, информация никуда не просочится. Ты записал откровения этого распутника, настоящего отца ребенка Хидео? Отлично, наконец-то все это закончится, и мы сможем избавиться от его присутствия на нашей вилле.
-Ты сказал сделать три теста на отцовство, Керу... Значит, ты все-таки не уверен, что наш Хару-тян сынок Риоты?
-Я уверен, дядя, - с улыбкой глядя в сад, где Акира нежно возился с новорожденным, сказал господин Асано, - но для других иметь неопровержимые доказательства совсем нелишне.
Риота
Последние дни в колледже дались мне особенно тяжело. Я мучился сомнениями, меня раздирали на части глупые противоречия. Ужасно хотелось пойти к зам. директору по кадрам и прямо спросить у него, где сейчас Акира. Ведь знает же, сердцем чувствую, знает, и может сказать мне! Эта мысль сводила с ума, не давая покоя, но тут же ее перебивала другая, не менее мучительная. Ну, узнаю я желанный адрес, и что дальше? Как смогу показаться на глаза, с какими словами он встретит меня, какие чувства испытает ко мне, предателю?
Но хоть издали, не выдавая своего присутствия, посмотреть на него, убедиться, что с ним все в порядке! Так хотелось увидеть, - и стройную фигурку, и эти круглые очки, и дурацкую старомодную прическу, и милое личико с упрямо вздернутым подбородком - до боли, до дрожи, до стука в висках! Никогда не думал, что не забуду, не разлюблю, что буду так сильно тосковать! Почти решился, уже пошел в кабинет Исикавы-сенсея, когда узнал, что он взял досрочный отпуск и упылил куда-то путешествовать, что так любят беты в свободное время.
Прошли выпускные тесты, день торжественного вручения дипломов, шумная прощальная вечеринка. Позади "Арай", беспечная студенческая жизнь, а впереди... Оказавшись в Токио, я вдруг ясно осознал, что у меня нет дома и близких людей, и мне совершенно некуда пойти. В огромный особняк отца, воспринимавшего меня как расходный материал в своих сделках? Ни тепла, ни нежности в его глазах и поступках я не видел, с самого детства. А мой отец-омега? Почему я не задумывался раньше о причинах его крайнего равнодушия ко мне и ледяной холодности? Я вообще его сын или нет? В теории омеги должны любить своих детей, они ласковы и заботливы, но почему же мой относился ко мне как к куску дерева? И почему я сам не испытываю к нему ни любви, ни привязанности?
