Остановившись чуть слева от главного подъезда, так, чтобы не попасть в объективы видеокамер, установленных перед входом, наполовину приоткрыл окно, изучая пейзаж. Жаль, но самого дома видно не было, он располагался скорее всего в глубине сада, но даже того, что открывалось взору, было более чем достаточно, чтобы составить полное представление о владельце этого места. Ничего вычурного или кричащего, ворота и ограда изящны, изысканны и прелестны, у дверей живые цветы редких сортов, ухоженные и подвязанные в вазонах в красиво свисающие кисти, кнопка домофона и переговорное устройство. Воздух свеж и чист, не то, что в центре делового Токио, здесь загородная, почти парковая зона, идеальное место для отдыха и уединения. В таком месте хорошо жить, растить детей, наслаждаться жизнью, - тихо, спокойно, уютно...
Но все же - что я здесь делаю? Зачем проделал весь этот длинный путь? Неужели лишь для того, чтобы постоять вот так, на обочине чужой жизни, пытаясь представить себе ее счастливых обитателей? И будет ли у меня когда-нибудь такая тихая гавань, куда я смогу возвращаться с радостью и счастливым ожиданием встречи с любимым человеком? Или всю жизнь суждено мне метаться меж двух огней - от жестокого отца к постылому супругу?
Может, выйти из машины, подойти к воротам и спросить, дома ли господин Асано? И дальше что? Допустим, он дома, и примет меня, что я скажу ему? Нет, слишком рано, я еще не готов к разговору с ним. Сдержанно вздохнув, я потянулся к стартовой кнопке, включающей двигатель, когда дверь вдруг открылась, выпустив на улицу молодого омегу в форме горничного, который аккуратно переставил через низкий порожек нарядную коляску с ребенком.
-Где же наш папочка, Хару-тян? - озабоченно вглядываясь вдаль улицы, грустно вопросил он пространство. - Ушел сразу же после обеда, и до сих пор его нет? Я так волнуюсь, просто места себе не нахожу, господин сейчас вернется, проводив гостя, и что мы будем ему говорить? Прогуляемся немножко, малыш? Всего чуть-чуть, и сразу же назад, а? Как ты думаешь?.. Ну, вот, опять ты заплакал, - аккуратно придерживая за головку, нянька вытащил из коляски младенца и прижал к плечу, мягко и ласково покачивая в руках маленькое тельце. - Тише, тише, Хару-тян, вот дядька Мико дурак, весь издергался, и тебе покоя не дает! Но где же Аки, почему он так долго?
Малыш успокоился, и бил ручкой по локтю няни, глядя на мир широко открытыми большими глазами. Он был совсем крошечным, месяц или полтора, но одет в штанишки и кофточку, шапочки на нем не было, и ветерок ласково шевелил его довольно длинные для такой крохи темные волосы. До меня долетел его запах, очень слабый, едва уловимый, но до боли знакомый, и я потряс головой, отгоняя наваждение, - так пах Акира, в тот вечер, когда проснулся в моих объятиях... чарующий запах родного омеги, смешанный с моим собственным... Вот бред, я точно не в себе, сильно же вывело меня из равновесия самодурное требование отца! Приперся к чужому дому, наблюдаю за чужими людьми, да еще и глюки ароматные... так некстати! Нет, надо ехать отсюда, пока до психушки не донюхался!
Но сразу не уедешь, лучше не привлекать внимания горничного, надо подождать немного, когда он вернется с ребенком в дом, а пока... В голову лезли сумасшедшие мысли, и я вдруг вспомнил, как один раз, где-то с месяц назад, мне нечаянно вручили ребенка Хидео, он сам куда-то вышел, а у няни убегало молоко. Малыш крепко ухватил меня за палец, что-то бубнил на своем языке, и запах его... в точности повторял запах Хидео! Интересно, а что на этот счет есть в интернете? Я зашел с сотового и вычитал следующее: "В первые полгода жизни ребенок сохраняет запахи родителей, пока постепенно у него не сформировывается свой собственный..." Вот черт, сущее безумие, остынь, глупый фантазер Риота! Даже если Акира наврал или ошибся, говоря мне тогда о своем бесплодии, какое отношение он имеет к господину Асано, и как смог бы оказаться в таком роскошном доме???
Нет, я точно с ума сойду! Высунул из окна нос, потянул воздух... Ничего знакомого, точно, глюки! Вот дурак, псих, придурок! Няня менял малышу памперс, что-то негромко напевая, я отвлекся, и не заметил, как подъехала длинная белая машина господина Асано, а сам он обеспокоенно бросился к прислуге.
-Что такое, Мико? Почему ты вывез сюда Хару-тяна?
-Простите, хозяин, - виновато поклонился горничный, - я вышел посмотреть , не идет ли Аки-сан... Его давно уже нет дома, и я волнуюсь.
-Куда он пошел, ты знаешь?
-В монастырь, сказал, что почти договорился с ... - малыш громко заплакал и заглушил слова Мико, но Асано-сан хорошо их расслышал, и на лице его разлилась растерянность, причина который осталась мне непонятной.
-Давай войдем внутрь, Мико, - взяв ребенка на руки, приказал хозяин, - и ты подробно мне все расскажешь? Слово в слово, и очень подробно! Вези коляску, я внесу маленького на руках, - они исчезли в дверях, и улица опустела.
