Даемара не прерывая, выслушала рассказ. Когда Феранор коснулся гибели Лаккэнана, губы её едва заметно дрогнули, а пальцы стиснули в манжеты. Стиснули и тут же разжались.
— Он всегда был слишком горяч,— она вздохнула, прошлась по комнате, шурша шлейфом, уселась в кресло и прикрыла глаза.— Этот поход должен был стать трамплином в его карьере. Да обретёт он счастье в Хайлаэнэ. Что было дальше?
Дальше, минуя похороны, Феранор вкратце поведал о обратной дороге. Упомянул и о безлюдном селении с безглазыми трупами.
— Это я видела,— прервала она, не раскрывая глаз.— Пусть меня не было рядом, но даже через магверит я чувствовала чёрную магию, повисшую над тем местом. Сами не ведая, вы привезли мне очень важные вести, хеир.
На этом рассказ Феранора закончился и он посчитал, что настал его черёд задавать вопросы.
— Где лорд Сандар?
— В банях Таллаки,— ответила Даемара.— Веселится, со своим новым другом. Я отправила за ним гонца.
— У меня тоже есть, что вам рассказать,— продолжала она тем же тоном.— Но об этом чуть позже. Сперва, отдохните, хеир.
***
Несколько десятков улан выстроились во внутреннем дворе, перед водоёмом. При полном параде. Дружно громыхнули щиты, взлетели в салюте наконечники копий. Исполнявший обязанности командира Гвендиэр Вей шагнул вперёд, отсалютовал.
— Конвойный отряд построен! — молодцевато доложил он.— Четверо несут караул. Четверо находятся на выполнении задания. Раненный нет. Происшествий нет. Провинившихся нет. Докладывает авастджалин Гвендиэр Вэй!
— Молодцы,— Феранор даже немного прижмурился от удовольствия, будто вновь на родной заставе.— Только почему провинившихся нет? А о Каэльдаре забыли совсем? Хе-хе… впрочем, пора бы его уже выпустить...
— Знаменосец Каэльдар отпущен из-под ареста четырнадцать дней назад,— сообщил авастджалин.— Приказ волшебницы Даемары. Он и ещё трое улан выполняют её поручение.
Феранор обернулся, метнул пылающий взгляд на распахнутые окна волшебницы. Первым порывом было броситься туда, ворваться и потребовать у эльдарки ответа, по какому праву она вмешивается в его дела, но ровно через один удар сердца капитан взял себя в руки. Сухо поблагодарил Гвендира и разрешил отряду разойтись.
День был жарким и душным. Рабы таскали воду из колодца и поливали полы, чтобы хоть немного освежить воздух. Вернулся отправленный за Сандаром раб, без посла, но с известием, что тот будет ждать героев похода в Таллакских Банях.
— Я не пойду! — отказался Агаолайт, услышав о приглашении.— Хватит с меня бань. Да ещё с Сандаром...
— Вы же родня.
— Родня не обязана любить друг друга.
— А я схожу, если пустят! — решил Дайгон.— Никогда не бывал в атраванских банях. Говорят, Таллаки лучшие среди них.
Бальфур мотал головой, прятался за Агаолайта и всячески пытался увильнуть от приглашения, ссылаясь на незажившие раны, которым могут быть вредны горячие камни и водяной пар.
— Не городи ерунды,— отмели его возражения.— В банях Таллаки есть массажистки. Полчаса под их ручками и ты будешь как новый! А если сделаешь им хороший подарок, то можешь рассчитывать не только на массаж, но и…
Фразу не договаривали, обрывая её многозначительным подмигиванием от которого щёки Бальфура залило карминовой краской.
— Идешь с нами, Бальфур,— приказал Феранор.— Выбери самую красивую массажистку и потеряй уже девственность.
Бальфур совсем стал пунцовым.
— Что же я подарю? Я даже без денег...
— Какой-нибудь трофей из сокровищницы,— подсказал Феранор.— Ты ничего не взял? Нет?! Ну и не страшно. У меня есть оттуда пара вещиц. Не думаю, что рабыни в банях слишком уж требовательны...
Поход был назначен на поздний вечер, когда на крепостной стене меняется стража и бьёт в большой медный гонг. Но перед этим капитану предстояло ещё раз поговорить с Даемарой...
***
Был самый зной, потому окна в комнате чародейки были распахнуты настежь. Залетающий с улицы ветерок приносил гнусную вонь сточной канавы. На подоконнике в вазе, благоухали свежие листья мяты.
Сама комната напоминала мастерскую книжника. На столе, на стульях и скамейке, на полу и тахте лежали разложенные жёлтые пергаментные листы в которых легко узнавалась амаэльская летопись. Волшебница перебирала пожелтевшие листы летописи, изучала содержимое и раскладывая их по порядку. В этом ей помогали два гвармола.
— Я думала, вы отложите разговор до завтра,— волшебница отложила в сторону листы.
— Ожидание — худшая вещь из известного мне,— ответил ей Феранор.— Не люблю что-то затягивать. Впрочем, если я не вовремя, то…
— Можете остаться,— разрешила Даемара.— Я как раз занимаюсь летописью.
Вы не слишком-то бережно с ней обращались. На одном листе отсутствует часть текста, а то, что осталось — не читаемо из-за крови.
— Там был бой,— быстро оправдался Феранор.
— Понятно,— волшебница слегка прищурила зелёные глаза.— Оставьте нас.
Последняя фраза предназначалась гвармолам. Оба уродца в то же мгновенье исчезли.
— Где Каэльдар?
