— Чертовы гномы! Флет, иди дальше. Найди их. Полагайся на коня. Мы останемся здесь и будем сражаться. — бросила через плечо госпожа Муриния. У нее был талант Чувства — она умела ощущать Дар даже если его не использовали. Она знала, что некроманты близко. Когда они столкнутся, здесь будет настоящее пекло. Их цели легко могут сбежать.
Муриния нахмурила брови, смотря вслед удаляющемуся магу. Она понимала — найти того, кого нужно даже в небольшой деревне непросто. Но это очень важно.
Она лично видела убитую Сжигающую семь лет назад в доме Окафа Милосердного. Следы примененной там магии были не похожи на обычные заклинания. Во-первых, их путь. Как будто кто-то перемешал дыхание Смерти некромантов и свечение Жизни имперских магов.
Но было еще кое-что. Те заклинания были созданы весьма неординарным образом. Обычно маги материализуют их с помощью слов. Слова, исходящие из магического Дара, несут в себе закрепленные узоры. Складывая слова, маг получает заклинание. Но некоторые обладают особенным Даром — могут самостоятельно плести узоры, что позволяет колдовать гораздо свободнее. Заклинания, найденные на месте преступления, поначалу обескуражили всех, кто их видел. Но потом Муриния разобралась, что к чему. В них использовались оба способа — и слова и плетение. Как будто узоры были завиты вокруг слов. Это напоминало вязанный платок с вплетенными в него бриллиантами.
И теперь, когда наконец удалось выяснить местоположение убийц, они здесь. Силита, нынешняя Беседующая[1], поначалу была взбешена, ведь убитая была ее родной сестрой. Но она, как и ее ближайшая союзница и подруга — госпожа Муриния, понимала, что происходит в Империи.
Они обе знали — магия вырождается. То, что когда-то считалось обыденностью, теперь кажется настоящим чудом. Маги потеряли огромное множество секретов и умений со времен Века Войн[2]. Потеряли возможность создавать новые заклинания. Но убивший Сжигающую семь лет назад был просто сборником давно утерянных умений. Смесь Жизни со Смертью, возможность плести вокруг слов, и, Муриния была уверена, много чего еще, могли помочь. Они хотели выбить все эти знания из убийцы. И как ни мала надежда, это последнее, что можно сделать, тем более, когда началась война.
Муриния тряхнула головой, прогоняя задумчивость. На них с госпожой Селией мчался отряд всадников человек в десять. Между домов мелькали арбалетчики. Некромант тоже был где-то рядом. Гномы организованы хорошо, не придерешься.
Неожиданно смелое сопротивление сбило Муринию с толку — она привыкла к значительным привилегиям верхушки Высшего Совета. Нехорошо усмехнулась. Ткнула рукой в приближавшихся всадников. Что-то метнулось к ним, поднимая дорожную пыль… И полетело обратно в магов.
Муриния ничего не успела сделать. Просто смотрела широко раскрытыми глазами на приближающуюся смерть. Но в последний момент перед ней появился щит и принял магический удар на себя.
— Осторожней! Некромант! — Донеслось из-за спины.
Дура! Неумеха! Идиотка! Муриния как могла кляла себя за неосмотрительность. Некромант стоял за одним из домов и сейчас вышел на дорогу. Как она могла не заметить зеркальный щит?! Он висел прямо у нее перед носом!
Гневно нахмурив брови, она забормотала слова заклинания. С удовлетворением краем сознания отметила, что Селия сумела-таки зацепить пару оперативно рассыпавшихся по улице гномов. Вышла вперед, окутанная ореолом сияющих рун, впилась взглядом в некроманта и выкинула вперед обе руки. А затем узенькую улочку охватил кипящий ад…
Все началось неожиданно. Мы молча обедали, когда с улицы донесся громкий лай. Я ковырялся ложкой в похлебке, подперев голову кулаком, и громкий звук вывел меня из полусонного состояния. Клин так и подскочил. Выругался, видя, что остальные остались сидеть, и угрюмо уставился на дверь.
— Это еще что? — хмуро спросил Болт.
— На соседского песика не похоже, — пробормотал Клин.
— Ночной волк? — предположил я. Болт согласно кивнул.
Этого еще не хватало. Я итак волновался, потому что Сиэль ушла на разведку по деревне, а тут еще и зверюга размером с лошадь решила заглянуть на огонек.
— Что будем делать? — осведомился Клин и провел рукой по голенищу сапога. Так, готовится применить свой любимый кинжал. Нельзя упускать его из поля зрения.
— Побрехает и уйдет. Видимо почуял мясо. — Болт не сводил настороженного взгляда с двери.
— Меня больше волнует тот факт, что этот «песик» может встретиться Сиэль, когда она вернется, — процедил я, вставая из-за стола.
— Да не волнуйся, Нарр. Твоя женщина ему башку быстро поджарит, если начнет кусаться. — Хохотнул Клин.
Я ожег его взглядом, взял вилку и просунул ее под сиденье стула. Нажал на нее, как на рычаг, обнажив в дереве нишу, и вытащил оттуда метательный нож. Подошел к окну, не обращая внимания на предостерегающие взгляды убийц. Да, мое солнце вполне может справиться с волком, но я не хотел рисковать и давать шанс твари.
— Эй, Эй, Мечник! Ты же понимаешь, что если убьешь его, сюда сбегутся все гномы в округе. — Забеспокоился Болт.
— Мне плевать, — огрызнулся я.