— У тебя нет причин чувствовать себя виноватым, Кинан. Ты не виноват ни в чём из того, что произошло сегодня. То, что произошло, плохо, я знаю, но ты упускаешь положительные моменты. Его план потерпел грандиозный провал. Ему не удалось заманить меня в ловушку, не удалось убить меня с помощью своих марионеток или даже серьёзно ранить. Я видела, как сильно это его взбесило, когда разговаривала с ним — ему тяжело принять поражение. Теперь у нас больше шансов заставить его снова всплыть на поверхность. Если он нападёт на меня лично, мы будем его ждать. И, что важнее, клинок будет у меня — бабушка даже дала мне ножны, которые можно пристегнуть к бедру, чтобы я всегда могла носить клинок с собой, но предпочитаю засовывать его в ботинок. Он ещё не знает о ноже, что преимущество.
Кинан обнял её за шею.
— Это должно заставить меня почувствовать себя лучше, но это не так. Ты забываешь одну очень важную вещь. Если ему удастся отобрать у тебя клинок и ударить, твоя рана не заживёт. Эта сталь смертельна для всех демонов — лишь поэтому она может убить его.
На её лбу пролегла морщинка, и он понял, что она об этом не подумала.
— Но я больше рискую умереть от его дара, если не избавлюсь от него, — сказала она. — Мы с ним можем сколько угодно танцевать один и тот же танец, прежде чем ему повезёт и сумеет убить меня.
— Я знаю. Именно поэтому, с этого момента, я буду следовать за тобой, куда бы ты ни пошла. Нет, не спорь. Я знаю, что ты сильная, и что ему будет трудно добраться до тебя здесь. Но не смогу функционировать, если, по крайней мере, не буду сопровождать тебя с места на место. Я не верю, что кто-то другой защитит тебя так же рьяно, как я. — Он провёл большим пальцем вниз по её шее. — Дай мне это душевное спокойствие. Мне это нужно.
Она бы поспорила с ним, но видела, что ему действительно это нужно. И поскольку для неё это не так важно, как для него, она вздохнула и сказала:
— Не думаю, что в этом есть необходимость, но ладно. Хочешь ходить за мной по пятам, пожалуйста. Но не хнычь, когда тебе станет скучно.
— Ты многогранна, Хлоя, но с тобой никогда не бывает скучно.
— Что ж, спасибо.
Он взял её за руку.
— Пойдём, приведём тебя в порядок.
Хлоя неторопливо шла по пешеходной дорожке, минуя дом за домом. Они все выглядели одинаково, точно так же, как каждая машина, подъездная дорожка и лужайка. Ей нужно добраться до дома в конце улицы, но он казался таким далёким. Она ускорила шаг, стремясь поскорее добраться туда. Но улица, казалось, растягивалась, отдаляя дом. Она шла всё быстрее и быстрее, но, казалось, не могла приблизиться к дома. Она перешла на бег трусцой и сунула руку в карман. Ключа нет. Она его потеряла. А значит, она попадет внутрь, только если Пенелопа её впустит. Хлоя замедлила шаг, заметив мужчину, развалившегося на крыше машины впереди.
Поняв, что это Энох, она зашипела. Он повернул голову и, улыбаясь, пригвоздил её взглядом.
— Держу пари, ты довольна собой, не так ли, мисс Уоллис?
— Довольна?
— Ну, ты убила всех, кого я послал в твою сторону.
— Они были не совсем людьми.
Но он этого не понимал.
— Хотя да, я сделала их состояние смерти более окончательным. И думаю, они бы поблагодарили меня за это. Но с тех пор, как я уничтожила трупы людей, которые ни черта мне не сделали, нет, я недовольна, — Она расставила ноги. — Я бы предпочла сразиться с тобой. Вот только тебя почти никогда нет рядом.
— Я присутствовал при каждом нападении.
— Не всегда телесно.
В его глазах зажёгся юмор.
— И ты думаешь, это означает, что я тебя боюсь.
— Нет. Я думаю, ты хочешь растянуть всё как можно дольше, заставить нас страдать так, как ты чувствуешь, что страдаешь сам.
Он медленно хлопнул в ладоши и сел.
— Умница.
— Но ты всё равно трусливое дерьмо.
Он напрягся, но не перестал улыбаться.
— Серьёзно?
— Ну, не то чтобы я действительно могла убить тебя насовсем. Ты мог бы сразиться со мной лично и прекрасно это пережить. Вместо этого ты используешь марионеток.
— Умирать больно, а потом я несколько дней чувствую слабость, пока тело не восстановится — мне это не нравится. Почему бы мне не отомстить, удобно устроившись в кресле?
Она наклонила голову.
— Ты действительно думаешь, что Молли хотела, чтобы ты это делал? Напасть на свою общину? Пытаться убить сестру одной из её лучших подруг? Жить бродягой и всегда оглядываться через плечо?
Ярость промелькнула на его лице.
— Я думаю, она предпочла бы остаться в живых. Но твоя бабушка убила её. Джолин тоже скоро умрёт. И она умрёт от твоих разлагающихся рук, но не раньше, чем почувствует боль от твоей кончины. Мы увидим, насколько легко ей смириться с тем, что тот, кого она любит, мёртв. Мы посмотрим, сможет ли она заставить себя уничтожить свою воскресшую внучку.
— Джолин не убивала твою маленькую дочку.
Молли уже была мертва.
— Нет, она умерла после того, как ты пробила щит, который защищал её, оставив уязвимой. После этого я не смог удержать психическую власть над ней. Я потерял её. И за это ты заплатишь, ты и твоя бабушка.
