28 июня 1921 года на территорию Монголии вступили регулярные части Красной Армии – экспедиционный корпус под командованием Константина Неймана. Тем самым советское правительство грубо нарушило главные пункты русско – китайско – монгольского соглашения, подписанного в 1915 году в Кяхте. Соглашением этим предусматривалось, что Россия будет воздерживаться от вмешательства во внутренние дела Монголии и ни под каким предлогом не введёт на её территорию свои войска.
Чтобы обойти договор и иметь возможность вести боевые действия в чужой стране, Москва прибегла к оригинальному способу, к тому времени уже не раз опробованному и с успехом – в Грузии и на Украине. Суть способа заключалась в следующем. В противовес не устраивающему большевиков правительству, на территории соседнего государства создавалось ещё одно правительство – революционное. А затем в ситуации искусственно созданного двоевластия и хаоса никого, по сути, не представляющие самозванцы (выражая волю трудящихся масс) призывали себе на помощь Красную Армию. Та, конечно же, не отказывалась. Такой фокус был проделано и с Монголией.
В конце февраля 1921 года стараниями Сибирского бюро ЦК РКП(б) на границу с Монголией в Кяхту, было доставлено несколько групп плохо знающих друг друга личностей в основном монгольской национальности. 13 марта 1921 года заговорщики уже консолидировались, разобрали и выучили роли и объявили о создании Временного народного правительства, в которое от имени трудового народа, они сами себя и выбрали. И, естественно, сразу же попросили о военной помощи большого северного соседа.
Авангардные части Красной Армии под командованием командира Писарева вступили в Ургу (ныне Улан Батор) 6 июля 1921 года. В тот же день туда же пожаловало и Временное правительство, возглавляемое типографским наборщиком Дамдины Сухэ. 10 июля после разбора министерских портфелей было громогласно объявлено о том, что правительство теперь не временное, а постоянное. И на следующий день монголы узнали, что у него есть великий вождь и под его руководством в стране произошла социалистическая революция. К тому времени относится и неприятное событие весьма скандального свойства – в анналы большой истории не попавшее, но имеющее прямое касательство к нашей кладоискательской истории.
Дело в том, что Сухе Батору и его команде было обещано: как только удастся отбить денежные средства, находившиеся в распоряжении Унгерна, то часть их (на обзаведение новой власти) будет передана в распоряжение правительства. И вот некий Данзан, назначенный министром финансов, выждав некоторое время, решил напомнить командованию советского экспедиционного корпуса, что Урга взята, имущество в руках победителей, а вот обещанного вспомоществования монгольское правительство так и не получило.
В ответ Данзан, к своему неудовольствию услышал, что трофеи действительно большие, но если говорить о звонкой монете, то с этим случилась неприятная заминка, если не сказать казус. Ведь ставка делалась на захват главной кассы Азиатской конной дивизии, а она, как на грех, исчезла неизвестно когда и неизвестно куда.
Данзан воспринял эту новость с недоверием и недовольством. Между тем розыски содержимого кассы действительно оказались безрезультатными. Каково же было финансовое положение Монголии? Академик Иван Майский, известный советский дипломат, исследуя экономическое положение этой азиатской страны, подсчитал, что сумма задолженности Монголии в 1920 году иностранным государствам составляла 19–20 миллионов рублей. Из них 5 причитались России, а почти всё остальное – Китаю. Причём речь здесь идёт именно о золотых рублях, имевших хождение царской России.
Именно эти ценности и имеют в виду, когда говорят о сокровищах Унгерна. В том, что они существовали в реалии можно не сомневаться. Можно сомневаться только в том, будут ли они, в конце концов, обнаружены, или нет. Лежат ли они в одном месте, или может быть разбросаны по нескольким тайникам? Толком не известно. Но на такую возможность как раз и намекает Камиль Гижицкий своим хитрым псевдонимом «Цаган Тологой». Близ дороги, ведущей из старой Урги на Хайлар (той самой южной) не доезжая примерно 80 километров до Тамсаг-Булака, можно увидеть гряду невысоких гор. Есть среди них и одна, которая называется Цаган Тологой. Правда интересно?
Можно спросить: – Неужели с тех пор никто не пытался отыскать клад Барона? Не волнуйтесь, экспедиций было предостаточно. Искали и советские и монгольские экспедиции и их объединённые комбинации. В разные годы отправлялись разные по составу и оснащению экспедиции и пытались отыскать лакомый кусок. Но всё это происходило по северную сторону границы, а ведь было ещё и громадное пространство по южную сторону государственной границы. Там-то дела как обстояли? Ведь вероятность того, что золото спрятано именно на территории Китая намного выше! Оказывается, и там кружили группы вольных или невольных кладоискателей. Так достиг ли кто-нибудь из них успеха или нет?
