«Между Мариинском и Красноярском дезертировали почти все железнодорожники. Немногие оставшиеся саботируют: семафоры закрыты, вокзалы пусты. В. Боготольском депо стоят 30 пустых и замороженных паровозов и фут льда на рельсах. Для приведения всего в порядок они оставили там чешских железнодорожников. Беспорядок чрезвычайный. 3 паровоза, отправленные из Боготола в Мариинск, исчезли бесследно. Угля не хватает. Необходимо конвоировать каждый транспорт. Жалование рабочим не выплачено за три месяца». М. Жанен «Дневник генерала».
Стояли жуткие морозы, и земля превратилась в камень. Выкопать яму размером с железнодорожный вагон было просто нереально. Пробить прорубь в реке и сбросить золото туда? Идея неплоха, да только ни одной речки в округе нет, и сбрасывать ящики было просто некуда. К «счастью» оказалось, что именно в этом районе в 1913 году (т. е. совсем недавно) между станциями Каштан и Итат проводились гидротехнические изыскания. Велось мелкое и глубокое бурение, рылись довольно глубокие шурфы (колодцы). Обнаружить шурф гораздо проще, нежели вырыть его, особенно зимой. Тем более что все они, и глубокие и не очень, огораживались специальными деревянными конструкциями, которые защищали людей и животных от случайного падения в рукотворную яму. Таким образом, задача тех, кто собрался запрятать несколько десятков тонн золота, изначально была упрощена до невозможности. Требовалось отыскать несколько таких шурфов, вблизи от железнодорожного полотна и попросту побросать туда ящики.
В шурфах, что бы Вы знали, обычно стоит вода, и однажды бросив туда нечто тяжёлое, можно впоследствии не беспокоиться о том, что кто-то найдёт сброшенное. Дело в том, что шурфы – сооружения очень ненадёжные. Лишённые укрепляющей их стенки бревенчатой обвязки (как в обычных колодцах), они очень скоро заплывают глиной и осыпаются вниз, надёжно хороня всё, что было сброшено туда относительно сухой зимой. Паводковые воды и переносимая ими грязь уже на следующую же весну надёжно похоронили утопленную в декабре часть золотого запаса. Наверняка «похоронщиками» были снесены и ограждающие шурфы «балаганчики». Такой манёвр надёжно обезопасил бы это место в дальнейшем. Ведь всего один неловкий шаг любопытствующего прохожего и… всё, спастись при падении вниз было практически невозможно.
Этот эпизод можно в определённой степени связать с событиями, которые произошли несколько месяцев спустя. Случилось так, что некоторая часть каппелевского золота оказалось в распоряжении генерала П. Петрова – начальника тыла ДВА. В ДВА входили остатки армии, сумевшие прорваться в Забайкалье. У этой армии в ноябре 1920 года числилось на балансе 39 ящиков золота на сумму 2,32 миллиона золотых рублей. Военный совет ДВА постановил: разделить эти ящики на две части. 17 из них передать командующим четырёх корпусов на непредвиденные расходы при эвакуации. А 22 маркированных ящика постановили сдать под расписку главе японской миссии на ст. Манчжурия полковнику Рокуро Идзиме.
Так вот, генерал Петров потом много лет судился с японцами из-за одного маркированного ящика за номером 3091. И тут можно предположить, что именно в этом ящике содержался тайный шифр, указывающий, где был захоронен груз третьего эшелона.
Шифр наверняка был очень прост, но, не зная его основы, найти спрятанное было невозможно. Вероятно на нём было написано очень простое сочетание букв и цифр, которое сведущий человек мог расшифровать в минуту, например следующее: «3091-6 В 856 С».
Сами разберётесь в этом вопросе или мне помочь немного? Хорошо, помогу. Читаем вместе:
«3091» – номер верстового столба.
«6» Каждую версту разбивали на 10 отрезков. Значит надо отсчитать от столба 6 таких отрезков.
«В» – отсчитать отрезки именно на Восток, а не на Запад.
«856» – количество саженей, которое следовало отмерить от колеи до шурфа.
«С» – отмерить их следует строго на север.
Вот Вам и координаты одного из шурфов. Бегите в магазин за экскаватором. Но если отставить шутки в сторону, то шансов на то, чтобы отыскать именно этот клад, значительно больше, нежели все прочие ценные захоронения, приписываемые Колчаку.
Как это сделать практически? Вопрос понятен. Ответ известен. Но, к сожалению, по недостатку места в данной книге, я его пока не могу опубликовать. Возможно, что в следующем расширенном и доработанном издании моя мечта на этот счёт и осуществится, а пока… увы.
А невезучий генерал Петров, видимо, узнал тайну так бездарно утерянного ящика много позже, от одного из тех офицеров, кто некогда хоронил золото из того эшелона. Вот он и судился, пытаясь вернуть утерянные сведения.
Теперь хочу привести и прочие свидетельства, так или иначе касающиеся данной темы. 26 декабря эшелон А.В.Колчака находился на станции Камышет, примерно в сорока километрах к западу от Нижнеудинска. Генерал Мартьянов вёл разговор из эшелона по прямому проводу с генералом Зиневичем, находившимся ещё в Красноярске.
Мартьянов – «Что произошло в Красноярске после отъезда поезда адмирала?»
