Странная, очень странная история. Со своей точки зрения я просто не могу себе представить, что это захоронение всё ещё не найдено. Ведь находили же куда как более хитро спрятанные и менее массивные вещи! А здесь одного золота 800 кг, а оружие, а уздечки со стременами! И место захоронения известно достаточно точно. Можно сказать, что даже в самом грубом приближении площадь поисков (пресловутый поисковый полигон) составляет километр на километр. Да, это трудная задача. Тем более, что работать нужно в густом лесу. Но даже с нуля, даже с полного незнания местной географии и точных привязок можно отыскать это захоронение, самое большое, за две недели работы. Жаль, очень жаль, что никто не пишет столь подобных и откровенных книг, как эта. Чиркнули бы пару строчек о том, что, мол, известный колчаковский клад на станции Тайга уже давно найден и оприходован. Под псевдонимами, разумеется, соблюдая должную секретность. Но нет, все молчат, как партизаны, даже обидно становится.
Но ничего, вот доберусь (при случае) до этих мест, проведу проверку и в следующем издании книги обязательно сообщу, что же сталось со столь необычным и так несчастливо разыскиваемым кладом.
Теперь мне осталось только поведать Вам о судьбе той части «Золотого запаса», которая отправилась в путь по воде. Вам, прочитавшим большую часть глав из моей книги, наверное, уже понятно, что поиски объектов скрытых с помощью всевозможных водных преград, вызывают у поисковиков наибольшие трудности. Ведь не зря же появилась поговорка: «И концы в воду». Поговорка эта родилась среди топографов, но вполне применима и для нашего случая. Фактических данных по поводу вывезенного речным путём ценного груза имеется мизерно мало. Но, с гипотезами, которые пытаются объяснить, как и куда запропастился небольшой пароходик «Пермяк», дело обстоит лучше. Вот одна из них, озвученная Н. Кривцовым.
Имелся ли другой, альтернативный путь по Сибири, позволяющий двигаться с запада на восток страны? Или Вы уверены, что железная дорога, да Старый Сибирский тракт, идущий рядом с ней, являются единственными транспортными артериями, соединяющими обширные сибирские пространства в единое целое? А вот и нет. Оказывается, существовал и водный путь! И золото, снятое с одного из намертво застрявших эшелонов, могло быть направлено именно по нему.
На первый взгляд такое предположение выглядит парадоксальным. Ведь всем известно, что сибирские реки текут в меридиональном направлении, и долгий путь в сторону Ледовитого океана, тем более в преддверии суровой сибирской зимы, да ещё и по совершенно диким местам, никак не мог подходить для отправки драгоценного груза. Даже самые отчаянные головы должны были понимать, что дорога эта – тупиковая.
Куда же по рекам могло быть отправлено золото? На восток, туда же, куда двигался сам адмирал, однако в обход, легко перерезаемого «красными» войсками, Транссиба.
Сегодня мало кто знает, но в самом конце ХIХ века был сооружён Обь-Енисейский канал, связавший две величайшие реки Сибири. После постройки Транссибирской магистрали он пришёл в упадок, и о нём забыли. Вот этот-то заброшенный путь и могли использовать для переброски золота. В пользу этой версии говорит сразу несколько фактов.
Во-первых, на это указывает сама фраза В. Богданова «между Томском и Енисейском». Томск, как уже говорилось, лежит в стороне от основной железнодорожной магистрали. И груз мог оказаться на тупиковой ветке только потому, что именно из Томска, откуда начиналось пароходное сообщение по реке Томь, открывается самый удобный и близкий путь к Обь-Енисейскому каналу. А именно Енисейск – ближайший от восточного конца этого водного пути город на реке Енисее.
Во-вторых, водный путь проходит не просто по редкозаселённым местам, а по настоящим таёжным дебрям. Так что движение небольшого судна могло быть там практически незаметным.
В-третьих, Обь-Енисейский водный путь, хоть и проходил севернее Томска и Енисейска, но представлял собой самое надёжное прямое сообщение между этими городами.
В-четвёртых, двигаясь на корабле по рекам среди таёжной глуши можно было практически не опасаться нападения и захвата груза. С берега корабль было не остановить, артиллерию, которая представляет опасность для судна и команды, в таёжные дебри было не доставить, а выбрав достаточно быстроходный корабль можно было избежать и возможной погони.
И, наконец, пятое: уже ко времени начала гражданской войны водный путь из Западной в Восточную Сибирь был порядком забыт, и преследователи колчаковского золота вряд ли бы стали искать ускользнувший драгоценный груз на реках. Так что парадоксальность такого экстравагантного решения, была на руку сопровождавшим золотой обоз, знавшим, что в таёжных дебрях их искать не будут.
Но вернёмся к самому каналу. Так как освоение Сибири требовало движения с запада на восток, а сибирские реки текут в «неправильном» направлении, то ещё у первых землепроходцев, а затем у купцов, вызрела идея соединить притоки Оби и Енисея.
