Мы поняли, что не можем друг без друга. Сняли трехкомнатную квартиру в Медведкове. Прямо под звездами – на 17-м этаже! Для тайных встреч, которые были не настолько частыми, но они были «сочными». Игорь завел себе халат в полоску, в шкафу висели на всякий случай куртка из свиной кожи, несколько рубашек и штаны-бананы. Обычно мы занимались сексом в течение часа без перерыва. Потом Игорь, как был – без трусов, накидывал рубашку на голое тело или халат и брал в руки гитару. И вот так на койке, скрестив ноги по-турецки, он мне пел свои песни. Просто обожал «Скажи, откуда ты взялась?». Я была первым слушателем «Чистых прудов», «Летнего дождя», «Есаула».
Кстати, он очень любил сочинять на кухне. Пьет кофе и пишет. Бывало, я ему что-то подсказывала по текстам. У нас появился некий ритуал: после исполнения Тальковым «Моя неведомая страсть, моя нечаянная радость…» мы продолжали жарко заниматься любовью…
Не могу сказать, что мы прятались от посторонних. На дачи выбирались, я на все его московские концерты ходила. Ездили в редакцию «Останкино» к диктору Борису Васину и Юрию Николаеву. Они тогда оба крепко зашибали. Мы с ними постоянно пили спирт «Ройял»… Наш бурный роман длился два года до самой гибели Игорька…»
Однако о гибели Талькова мы расскажем чуть позже, а пока продолжим знакомство с его творческой биографией.
Время, когда звезда Талькова засияла на небосклоне отечественной эстрады, – конец 80-х. Это было время, когда страну уже сотрясали конвульсии скорого распада огромной империи. Уже пролилась первая кровь в Нагорном Карабахе и Оше, уже Борис Ельцин превратился в мученика за идею и целеустремленно шел к своему будущему президентству. Рупор перестройки журнал «Огонек» в русле либеральной
Кстати, сам Макаревич тоже не жалел Талькова. В одном из интервью он сказал про Игоря: «При совке, когда большинство музыкантов испытывало трудности в выражении своих творческих взглядов, Тальков пел про «Чистые пруды». А когда наступила перестройка и стало разрешено многое, Тальков тут же стал смелым и запел свои политические песни». Отметим, что Макаревич – Стрелец-Змея (11 декабря 1953 года) и у него круглая дисгармония со Скорпионом-Обезьяной. Как написано в гороскопе: «Между Скорпионом и Стрельцом слишком много противоречий, чтобы они смогли сблизиться. Та же ситуация с Обезьяной и Змеей: между ними могут быть лишь светские отношения – не более. Если они сблизятся, то Змея потеряет все, поскольку Обезьяна большая мошенница и обмануть изворотливую Змею для нее – это высшая доблесть».
Еще в подростковом возрасте Тальков сочинил панегирик Ленину, но теперь, под впечатлением статей из журнала «Огонек», написал другую песню, само название которой говорило за себя: «Товарищ Ленин, а как у Вас дела в аду?» А в другой песне – «Стоп! Думаю себе…» – пригвоздил к позорному столбу всех советских генеральных секретарей, вместе взятых. КПСС в своих песнях он называл не иначе как КПСС-СС, проводя параллель между коммунистами и нацистами. Назвать эти песни серьезной удачей певца было бы неверно: в них юношеский максимализм автора соседствовал с кликушеством, а то и вовсе с историческим невежеством. Хотя и понять автора было можно: изучать историю по статьям в журнале «Огонек» в те годы было модно. Чтобы понять градус лютой ненависти Талькова к минувшей истории, стоит привести хотя бы некоторые строки из его тогдашних песен. Например, в «Кремлевской стене» певец декларировал следующее:
…Я пулял бы, пулял бы каменьями
Прямо в лысины, у, твою мать,
Тем, кто вел страну к разорению
И народ заставлял голодать.
Не пришлось бы кастрировать хронику,
Если б я был кремлевской стеною,
Ведь другой бы была экономика,
И культура была бы иною…
