Вот с такими мыслями спустя месяц после этого Тальков покинул дом – отправился в Сочи на заработки. Устроился лидером-вокалистом в один из самых престижных ресторанов гостиницы «Жемчужина». Той осенью в курортном городе проходил очередной конкурс советской песни «Сочи-82», и Тальков решил попытать счастья. В качестве конкурсной песни взял знаменитый шлягер Яна Френкеля и Расула Гамзатова «Журавли». Песня понравилась всем, даже дикторы, ведущие конкурс, от души расцеловали Талькова. Он был уверен – один из призов его. Увы, но ему ничего не досталось, поскольку все призы уже были заранее распределены среди «своих». Под впечатлением этого провала Тальков написал стихотворение, где излил на бумаге всю свою боль за случившееся.
Этот конкурс был насмешкой над искусством…
Этот конкурс – суть бездарностей парад.
Однако пребывание в Сочи не оказалось для Талькова напрасным: его заметил известный испанский певец Мичел, который совершал гастрольный тур по Советскому Союзу, и взял в свой ансамбль. После того как Мичел уехал к себе на родину, из этого ансамбля родился коллектив под названием «Апрель», игравший в стиле джаз-рок. Однако популярность у него была не ахти какая, из-за чего и заработки были соответствующие – мизерные. Например, Тальков выступал в длинном американском плаще, который ему подарил Мичел. Этот плащ Тальков не снимал даже летом, чтобы не показывать публике свои драные джинсы. А купить новые брюки зарплаты музыканта не хватало.
Во время работы в «Апреле» Тальков едва не погиб. Причем этот случай можно считать неким предвестником будущей трагедии – он тоже произошел на сцене во время концерта. Дело было во время гастролей в Таджикистане, в городе Ленинабаде. Музыканты по неопытности заземлили свою аппаратуру на силовую фазу промышленного напряжения в 380 вольт. Под эту фазу и угораздило попасть Талькова. Он упал, и у него начались конвульсии. Его брат Владимир, работавший в этом же ансамбле, догадался положить Игоря на металлический щит и начал делать искусственное дыхание. Именно это и спасло Талькова. Он очнулся. Но после этой истории он получил сильную психологическую травму и некоторое время даже боялся брать в руки микрофон, просил обмотать его изолентой.
Несмотря на отсутствие какой-либо славы и денег, Тальков продолжал упорно взбираться на «лестницу славы». Причем та среда, в которой ему приходилось вращаться, ему категорически не нравилась. Недаром же осенью 1984 года он сделал в своем дневнике следующую запись:
«Эстрада – большая помойная яма. Как большая помойная яма вмещает в себя кучи грязных отбросов, так наша эстрада вмещает в себя кучи бездарных исполнителей и сочинителей. Одаренные, не залезайте в эту яму, не пачкайте себя».
Как ни странно, но, предостерегая других, сам Тальков упорно лез в эту яму, не боясь запачкаться. Как сказано в гороскопе: «Обезьяна – большая карьеристка. Хитрое животное при желании может одурачить любого…».
После того как «Апрель» распался, Тальков уехал в Ленинград, где устроился в ансамбль «Калейдоскоп». Стал исполнять в нем песни собственного сочинения, но это дело быстро прикрыли: сказали, что, поскольку Тальков не является членом никакого Союза и абсолютно безвестен, песни, написанные им самим, он со сцены исполнять не имеет права. И Игорю пришлось довольствоваться малым: он отдавал свои песни другим, более именитым исполнителям. Ситуация не изменилась даже тогда, когда Тальков перешел в ансамбль популярной ленинградской певицы Людмилы Сенчиной (13 января 1948 года, Козерог-Свинья – круглая гармония со Скорпионом-Обезьяной). Он полностью переделал репертуар певицы, переработал исполняемые песни, меняя аранжировку. Но когда и там ему не разрешили исполнять собственные песни, ушел.
Его новым пристанищем стал московский музыкальный театр Маргариты Тереховой (25 августа 1942 года, Дева-Лошадь – гармония со Скорпионом-Обезьяной по месячным знакам и дисгармония по годовым). Видимо, последнее обстоятельство и сыграло свою роль – Тальков и оттуда вскоре ушел. На этот раз – в группу «Электроклуб», где художественным руководителем был Давид Тухманов (20 июля 1940 года, Рак-Дракон – круглая гармония со Скорпионом-Обезьяной). Именно в этом коллективе имя Игоря Талькова и прогремело впервые на всю страну. Вместе с солисткой группы Ириной Аллегровой (20 января 1952 года, Козерог-Кот – круглая гармония со Скорпионом-Обезьяной) Тальков принял участие в конкурсе «Золотой камертон», проходившем в концертном зале «Олимпийский», и их дуэт получил звание лауреатов. Однако была у Талькова одна слабость, которая мешала ему в его карьере, – страсть к питию. По словам его жены Татьяны:
