Нельзя сказать, что Элберт VII был таким уж плохим правителем: именно в годы его правления Рассветная Империя достигла вершины своего могущества. Покровитель наук и искусств, он, к неудовольствию Старших Домов, мало интересовался ведением новых войн, не вмешивался в дела людей и гномов. Но то, что годится для времени мира и благоденствия, совершенно не подходит для времени смут, в которое со скоростью летящего с горы камня катилась империя.
— Оставь нас, — кивнул на дверь любовнице Элберт.
Та помедлила. Было видно: ей очень хочется остаться.
— Пошла вон, имперская шлюха!
Пожалуй, впервые Артис видел брата в такой ярости. Не привыкшая к такому обращению, Лориэнь, кинув на императора убийственный по своей злости взгляд, выбежала из комнаты, оставив братьев наедине.
— Будешь? — не дождавшись ответа, Элберт подошел к небольшому столику, на котором стоял кувшин с вином и несколько хрустальных фужеров, в блеске и особом сиянии которых без труда угадывался безумно дорогой гномий хрусталь.
Его легко узнать с первого взгляда. Достаточно лишь посмотреть через фужер, и преломленный свет заиграет сотнями искр и лучей, словно гномьи мастера заключили в своё творение кусочек радуги. Стекло и хрусталь приносили гномам отнюдь не маленький доход, а секрет их создания хранился в строжайшей тайне.
Налив себе полный бокал, император залпом его выпил. Судя по блеску в глазах, этот бокал был у его императорского величества далеко не первым.
— Во что ты опять вляпался? — оглядевшись, Артис опустился в мягкое кресло.
— Полюбуйся!
Император откинул крышку большой плетёной корзины (грязная и потемневшая от времени, она выглядела неуместно на фоне окружающей роскоши) и, брезгливо скривив губы, достал изо льда отрубленную голову.
— Нашли сегодня. Этот мятежник просто смеётся надо мной!
— Ты так уверен, что это дело рук принца Леклиса? — скептически спросил Артис, равнодушно рассматривая мёртвое лицо герцога Уриэля. Жалости к нему он не испытывал.
— А кто же ещё? — император бросил голову обратно в корзину и нервно прошелся по покоям. — Это он! Всё он! Достойный потомок своего предка, предавшего собственный народ!
— Не делай поспешных выводов, брат. Эта выходка с головой совершенно бессмысленна.
— Я уверен: это — знак объявления войны.
— Войны? — Артис неспешно наполнил один из бокалов янтарной жидкостью и, посмотрев через него на свет, отпил лёгкий глоток. — Мой старый друг многое рассказал мне о принце, не думаю, чтобы он стал извещать нас о своих планах. Если бы он хотел войны, мы узнали бы об этом по зарницам от горящих на восточных границах городов.
— Разумеется, твой старый друг — один из этих предателей-гномов? Им нельзя доверять.
— Я доверяю горному народу больше, чем Старшим Домам.
— Значит, ты с ними заодно! Ты хочешь отнять у меня трон! — похоже, император был на грани истерики.
— Очнись, Аманмир! — называя брата его прежним именем, Артис слегка возвысил голос.
— Да как ты смеешь?!
— Ах, простите, забылся, — он сидя отвесил шутливый поклон. — Очнись, твоё императорское величество Элберт VII, и начни думать головой. Мне не нужен твой трон. Он должен был принадлежать мне по праву рождения, но я сделал свой выбор и не жалею об этом. А мятеж… Ты так до сих пор и не понял, что это герцог Уриэль предал нас. У меня есть достоверные сведения — он был в сговоре с драконами. Я думаю, это они стоят за всем тем, что происходит сейчас в Империи. Есть, правда, сведенья о некоем маге, но мне кажется — он лишь пешка детей Падшего.
Император молчал очень долго и всё больше и больше мрачнел.
— Прости меня, брат, за те злые слова, — нарушил он затянувшееся молчание. — Ты прав, всегда и во всём прав. Но что делать мне? Послать извинения людям и гномам: «Простите, мы случайно истребили несколько тысяч ваших родичей»? Это уж точно вызовет мятеж.
— А всё, что происходит в Семи королевствах и на востоке, называется как-то иначе?
— И снова ты прав, — тяжело вздохнул император.
— Всё ещё можно исправить, брат. — мягко, но настойчиво проговорил Артис. — Нам не нужна война с Восточным королевством. Все наши силы брошены против гоблинов.
— Мы можем увести оттуда пару армий Старших Домов и бросить их на Восток, — оживился Элберт.
Артис лишь отрицательно покачал головой:
— За зиму гоблины оправятся от поражения, и их орды вновь кинутся вперёд. Боюсь, наши силы там и так слишком малы. Вся надежда на гномов, они в спешном порядке формируют и обучают новые легионы. А Восточное королевство — это щит против драконов, пусть своевольный и неподконтрольный — но щит. И в наших интересах, чтобы этот щит был как можно прочнее. По крайне мере, до той поры, пока мы не сокрушим гоблинов.
— Хорошо, что ты предлагаешь?
— Отправь к ним посольство. Сними обвинения в мятеже и возложи всю вину на герцога Уриэля и дом Восходящего солнца, ведь в этом есть доля правды.
— Не думаю, что этого хватит для возвращения Восточного королевства в лоно Империи.
