Разум подсказывал — нужно стоять на месте и принимать все атаки тварей на щит, но в то же время, я понимал, что уродов слишком много. Физически невозможно вдвоем отбиться от девятерых, тем более, когда эти девятеро, ростом тебе по грудь и не слишком мешают друг другу. Даже если мы выживем — хотя я был на сто процентов уверен, что выбери я этот вариант и Баш бы точно пал под хитиновыми клинками монстров — потеряем слишком много очков здоровья, и снова придётся отдыхать. Поэтому я решил рискнуть.
— Лотр, — крикнул я, бросаясь вперёд. Первым же ударом, я разрубил череп битлинга, от макушки и до уродливых мандибул. Или что там у мух. Лабеллы, точно. — Прикрой.
Я успел выкрикнуть второе слово, как раз когда два хитиновых клинка уже летели мне в живот. Отступил, прикрылся щитом от одного, второй отвел в сторону мечом. Третья тварь бросилась к раненым, но её перехватил Лотр — вцепился в руку с лезвием, рыча и пытаясь уронить монстра на землю. Я ударил одного из монстров щитом, но в этот же момент чуть не пропустил новый выпад другого битлинга. Первый упал, второй попытался снова ударить, но и этот удар я отразил; ещё один отвлекся от Баша и прыгнул на меня. Врагов было слишком много, я крутился на месте, стараясь не подставлять спину и при этом успевать убивать монстров, но раз за разом хитиновые клинки проносились на все меньшем расстоянии от моего живота и паха. Наконец, одному из монстров удалось проткнуть мне бок. Вскрикнув неизвестно откуда взявшейся боли, я отсек сначала лапу битлинга, а затем и голову. Боль?!
Вонзил меч в мушиную морду второму, не вынимая клинка, отбросил труп на ещё двух чудовищ. Лотр загрыз наконец своего противника, хотя кажется и получил какие-то ранения. Баш смог убить одного, точным ударом копья. Я взревел, когда понял что кровь из бока вытекает толчками, с теми же ощущениями, что я испытывал в реальной жизни, когда…
Стараясь не дать воспоминаниям отвлечь себя, я рыком зарубил очередную тварь, а щитом, как кастетом, ударил битлинга, пытавшегося подлезть слева. Существо не устояло на ногах, и я добил его — но уже не мечом, чтобы не терять преимущества, а просто наступив на шею уродливой твари. Желтая, мерзкая кровь была повсюду, но я продолжать рубить, как будто бы это компьютерные монстры виноваты в том, что мой разум начал играть со мной. Фантомные боли в нейтрошлеме, это первый и последний звоночек, говорящий о том, что пора лечить кукушку. Дальше только в морг.
Когда голова последнего битлинга упала на траву, а следом за ней мне под ноги упало и тело насекомого, Баш смотрел на меня почти с благоговейным восторгом. В это же время и начали просыпаться наши раненные. Я глянул на свой пояс — примерно четверть очков здоровья как корова языком.
— Вы настоящий берсерк, господин, — с удивлением произнёс Баш. Я только пожал плечами. Сгиб локтя как будто чесался, хотя я и не мог точно понять, что именно чувствовал. Странный, неестественный зуд, как будто бы пробивался через пелену тумана.
— Да ёб вашу мать, — шёпотом произнёс я, и сорвал с головы нейрошлем.
Человек с билборда сидел на столе, о чём-то разговаривая с моим хозяином. Они болтали так беззаботно, как будто бы коматозный паренек с катетером в члене не сидел в метре от них. Я встал, и сразу же моя голова начала кружиться. Несмотря на то, что мы были в одной комнате с моим начальником и человек с билборда, я не мог разобрать ни слова из тех, что выскакивали из их ублюдочных ртов.
— Какого чёрта, — попытался сказать я, но даже собственный голос звучал глухо и неестественно. Со сгиба локтя упала вата, и я заметил след от укола. Человек с билборда наконец-то обратил на меня внимание. Он что-то сказал, подскочил ко мне, усадил обратно на стул. Я чуть не упал, но благодаря ему всё обошлось. Он открывал рот, но я не слышал ничего. Мой хозяин написал что-то на листке бумаге и протянул человеку с билборда, но тот только отмахнулся. Краем глаза, я успел взглянуть на лист — там танцевали черные и красные круги. Человек с билборда силой натянул на меня шлем, погружая обратно в мир игры.
Наёмники, как ни в чём ни бывало, ожидали моего возвращения. Они выстроились вокруг меня, подняв щиты перед собой, явно готовые к очередной атаке битлингов. Курт обернулся, поглядев на меня, после чего спросил:
— Мы движемся дальше, господин?
— Да, — я кивнул. Другого выхода не оставалось. Ублюдок вколол мне что-то, что… даже не знаю, глубже погружало в игру. Позволяло чувствовать боль — хотя зачем мне это вообще нужно. Хотя, если судить по результатам сражения, это можно считать помощью. Я действительно почувствовал какой-то прилив сил, какой-то… адреналин. Хуже всего было то, что я не мог взаимодействовать с реальным миром. Плавал, как в киселе, лишенный слуха и, кажется, координации. Даже по морде съездить человеку с билборда не смог. А что если он и вовсе пытается убить меня?
