Прохор ушел, и Лада принялась ждать вечера. Ей было скучно. Раньше, когда она училась и писала диссертацию, мечтала иметь хоть немного свободного времени, а теперь, когда его стало больше чем достаточно, оказалось, что бездельничать она не любит и не умеет. Впрочем, бездельничать оставалось недолго, начнутся занятия в университете и времени снова не будет хватать.
Телефон зазвонил, когда она собиралась включить пылесос. Городским телефоном они практически не пользовались, но почему-то каждый месяц упорно за него платили.
Лада положила шланг пылесоса на пол, взяла в руки трубку и, вдохнув, сказала:
— Алло.
Трубка пару секунд молчала. Лада уже собралась сбросить вызов, но тут недовольный женский голос громко произнес ей в ухо:
— Вы кто?
— Простите, а вы кто? — опешила Лада.
— Я мама жены Прохора Ильича! — зло и медленно выговорила трубка.
— А я жена Прохора Ильича, — представилась Лада.
Зря она так. Женщина потеряла дочь, разговаривать с ней нужно как-то по-другому. Она, Лада, просто бессердечная хамка.
Хорошо, что Прохор не слышит.
— Примите мои соболезнования, — запоздало посочувствовала Лада.
— Почему у Прохора Ильича не отвечает телефон? — Женщина говорила зло и требовательно. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы снова не превратиться в бессердечную хамку.
— Я не знаю.
— Где он сейчас?
— На работе.
— Дайте мне его рабочий телефон!
Лада взяла в руки лежавший в прихожей мобильный, нашла нужный номер в контактах и продиктовала.
В трубке послышались короткие гудки.
Заниматься уборкой расхотелось, но она все-таки включила пылесос.
Разговор оставил неприятный осадок.
Нужно было сочувствовать матери убитой жены Прохора, а Лада жалела себя.
Ей часто казалось, что сказка, в которую она попала, может закончиться так же мгновенно, как началась. Лада умела прогонять такие мысли, но сейчас это не получалось.
Сейчас предчувствие чего-то нехорошего только крепло.
Наверное, ей следует сходить к психологу.
Лада оглядела комнату, выдернула штепсель из розетки и перенесла пылесос в спальню.
Она попала в сказку неожиданно и странно. В тот день Лада никаких приятных неожиданностей не ждала.
Ей хотелось подработать в каникулы, и на встречу с потенциальным начальником она ехала с равнодушным любопытством. Возьмут на работу — хорошо, не возьмут — тоже не смертельно.
У Прохора вытянулось лицо, когда он ее увидел.
Лада всегда начинала улыбаться, вспоминая ту сцену.
Конечно, некрасивой Ладу назвать было невозможно, но и неземной красавицей она не являлась. В фирме Прохора было несколько молодых женщин, которые вполне успешно могли бы с Ладой конкурировать.
До Прохора никто никогда не смотрел на нее с испуганным восхищением.
Он был первым и единственным.
Она тогда под его взглядом почувствовала себя прекрасной и всевластной, как бывает только в сказке.
Тоскливая мысль, что все сказки когда-нибудь кончаются, появилась позже и без всяких видимых оснований.
Мысль эта сильно портила Ладе жизнь.
Пропылесосить следовало еще прихожую и кухню, но, покончив со спальней, она убрала агрегат в стенной шкаф.
Запиликал сотовый, Лада, не замечая этого, заулыбалась. Она всегда радовалась, когда звонил Прохор.
— Какого черта ты не берешь трубку! — рявкнул он.
— Пылесосила, — улыбаясь, отчиталась Лада. — Прохор, звонила…
— Открой тумбочку! — перебил он. — Левый верхний ящик!
Инкрустированную тумбочку в прихожую Лада купила в прошлом году. Тумбочка Ладе ужасно нравилась, а Прохор только иронически хмыкнул, увидев ее приобретение.
— Там лежат ключи, скреплены белым кольцом. Видишь?
— Вижу, — Лада достала связку. Она лежала здесь с незапамятных времен, Лада была уверена, что это запасные ключи от квартиры родителей Прохора. — Послушай, звонила мама Алисы…
— Знаю! — опять перебил муж. Он всегда ее перебивал, когда злился, но Ладе даже это в нем нравилось. — Я скоро приеду. Если она заявится без меня, не открывай дверь! Никому не открывай и не подходи к городскому!
В телефоне щелкнуло. Лада озадаченно провела им по подбородку и, вздохнув, снова положила на любимую тумбочку.
Ничего особенного вчера не произошло, но что-то все-таки случилось. Что-то хорошее, отчего Кате стало казаться, что все ужасное, происходившее с ней пять последних лет, отступает, начинает казаться страшным сном, который можно и нужно поскорее забыть. Она снова почувствовала себя прежней Катей. То есть почти почувствовала. Прежняя Катя смотрела на мир иначе и была твердо уверена, что в ее жизни всегда все будет легким и радостным.
«Теперь все так и будет, — сказала себе Катя, проснувшись. — Все будет отлично. Вадима больше нет».
Она понежилась под теплым душем, с удовольствием выпила кофе, надела джинсы и хлопковую блузку, потому что по прогнозу жара должна была смениться легким похолоданием, и принялась ждать, когда позвонит Денис.
Ждать пришлось недолго. Денис позвонил в дверь, она взяла сумку и сбежала вслед за ним по ступеням лестницы.
Потом по-хозяйски села к нему в машину и, засмеявшись, призналась:
— Я тебя обманула. Мне нужно в самый центр, — она назвала адрес Ники. — Я работаю няней.
