Утренние сумерки уже вовсю отступали под лучами встающего солнца, почти ледяная вода родника унесла последние остатки сна с моего лица, а кружка горячего ко, щедро сдобренного толчёным каменным мёдом, вселила в тело моё столько кипучей энергии, что хватило и на утреннюю полноценную тренировку, и на скоростные сборы, и даже отсутствие завтрака ничуть не сказалось на моей неуёмной жизнерадостности.
«Вернусь в Подземье, – думал я, слегка покачиваясь в седле споро рысящей Мрры, – всерьёз налягу на алхимию! Благо образование позволяет. А то аж завидно – вона како чудо анжинерной мысли Костя выдал! А чем я хуже?»
Дорога всё так же плавно вилась, мягко огибая пологие низкие холмы и древесных великанов, и едва заметно понижалась, уводя нас глубже и глубже в Светлый Лес. Час сменялся часом, солнце поднималось всё выше, окружающие пейзажи приелись хуже родных казематов, пантеры уставали и шли всё медленнее, близнецы задумчиво молчали, и даже моя утренняя бодрость подскисла до ворчливого брюзжания.
«Это не Светлый Лес, а Скучный, – думалось мне при виде очередной премилой полянки. – Осинки-берёзки, полянка, дуб, осинки-берёзки, полянка, клён… И опять! Родники разбросать под каждым третьим большим деревом, дорогу проложить по самым зрелищным местам. На выходе получить парк исполинских размеров, который ну очень пытается быть лесом. Брр-р! Да ещё и полное безлю… э-э-э… безэльфье. Должны же быть смотрители там, лесники, да хоть пастухи для бабочек особого вида!»
Заметив вдалеке изящного вида беседку, наверняка выращенную, а не построенную на вершине малого холмика, я несколько обрадовался новому зрелищу и строго обратился к самому себе: «Не гневи судьбу, Сандр! Тебе собак было мало вчера? Наслаждайся покоем».
Что я честно и попытался выполнить. Но буквально против воли взор мой был неотрывно устремлён на приближающееся здание, если можно его так назвать.
«Так, – всмотрелся я внимательнее, – типичное светлоэльфийское газебо, круглое, метров трёх в диаметре с куполообразной крышей. Явно выращено особой эльфийской магией из… э-э-э… какого-то кустарника – вон сколько ветвей ажурно переплетаются, зеленеют и даже немного цветут. Если внутри есть лавки и стол – отличное место для привала. Время-то как раз к обеду».
– Беседка, – вдруг с непонятной интонацией сказал Энн, едущий чуть впереди и так же внимательно смотрящий на сооружение.
– Да, брат, именно она, – подтвердил я. – Классический образчик дендроархитектуры.
– Нет, Таор, ты не понял, – вдруг в голосе тёмного принца проступили интонации Кости, – Беседка! – с явным намёком повторил он очень медленно.
– Ааа! О-о-о! – донеслось от сестры, – Я поняла! Надо проверить её на магию!
– Да, конечно! – ухмыляюсь я. – А потом проверить её на зло, потом чем-нибудь стрельнуть – жаль, луков нет ни у кого. А потом беседка нас заметит! – вещал я, подъезжая к предмету дискуссии и хлопая ладонью по стенке. – Но вынужден вас разочаровать – это просто газебо для малых привалов. Светлые небось там ви́на попивают под сотню условностей.
Стоило мне замолчать, как с неясным треском по всем стенам мгновенно выросли шипы, цветы стали наливаться дурным ароматом, а из-под свода крыши проскрежетало языком детей Леса:
– Не тебе, отродье Бездны, касаться стен моих! И не вам, отродья Тьмы, вкушать яства под крышей моей!
Завершив сей оскорбительный монолог, газебо кануло под землю. Как не было. Лишь трава зашуршала, покрывая ковром макушку холма.
– Э-э-э… – обескураженно протянул я.
– Ну ой! – Вполне логично резюмировал Костя.
– Что, товарищи отродья, едемте дальше? – спросила Анаис чуть погодя.
Мы с братом лишь молча и согласно покивали. Пустив Мрру вслед за Кшшем Эны, я слегка потеряно размышлял: «Ну, может, это была очень старая беседка, из позапрошлой эпохи, и никто не довёл ещё до её сведения, что у светлых и тёмных – мир и дружба. А она, газеба́ эта, небось только выкопалась, расправила стены – а тут полудемон и два тёмных! Хорошо хоть подобие разума, изредка встречающееся в таких сооружениях, не атаковало – было бы ещё веселее…»
– Слушайте, – обратился я к друзьям, – А может, поэтому вокруг и нет никого: за всем следят беседки! А что? Выкопалась такая, лепестками вокруг поморгала и отправила доклад по мицелию симбиотическому, а какой-нибудь светлоэльфийский оператор грибницы на какой-нибудь спец-полянке, схавав плодовое тело, получил видение, что всё норм!
– Не, ну теория вполне стройная, – ответила Настя, поразмыслив. – Но, как мне кажется, мы, как дети Владыки, точно об этом хоть что-то да слышали бы. А у меня в памяти ничего такого нет.
– Как и у меня, – поддержал Константин. – Но должность офицера грибной связи – это пять!
– Ну и ладно, – буркнул я. – Тогда ничего вам не расскажу про идею грибной Эйвы!
Так, перебрасываясь шутками да домыслами, мы и доехали до обеденного привала. Проведя около часа в отдыхе и погрызании пеммикана, наша троица вновь пустилась в путь.
