Мы остановились и обратились в зрение, перед коим разворачивалась совершенно неоднозначная картина: в тройке метров над мёртвой травой всецветно сверкал прорыв Бездны, из него извергались сотни небольших – с кошку – красноватых бесенят, что лишь едва трепыхнув крылышками в воздухе этого мира, тут же низвергались на землю, с каждым мгновением старея, усыхая и умирая. Мертвенно-розоватая куча, растущая на чёрной поляне, сквозь чуть сероватую рябь защиты смотрелась…
«Да я даже не знаю, – в лёгком ступоре попытался я хоть как-то связно помыслить, пристально разглядывая сюрреалистический бесопад. – Как-то снова чересчур. Оно, конечно, хорошо, что вся эта мелочь не нам досталась, но… – тут я неверяще прислушался к себе, – где-то даже жаль бедолаг: экая скорая смерть».
Продолжался сей арт-хаус, к счастью, не столь долго – едва ли минуту. Однако куча иссушенных низших порождения Бездны высотой вплотную приблизилась к уже захлопнувшемуся разлому, основанием же скрыв всю поляну.
Отмерев через пару секунд после окончания шоу, Энн вновь поднял правую руку и слегка махнул кистью, молча призывая нас вновь двинуться в путь. Говорить и вправду никому не хотелось.
Опять потянулись минуты, складываясь в десятки, а те в часы, окружение давило, мы бдели. Иссохших гостей из Бездны мы встречали ещё два раза: неясных очертаний серокожий гигант застыл меж стволов антропоморфной скалой и был встречен нами на исходе второго часа, а уже знакомые гончие домена Вражды седыми мумиями отметили начала часа третьего нашего пути.
И ровно после них я стал осознавать, что растущий дискомфорт связан не столько с недружелюбной обстановкой и пробудившимся голодом, но и со всё возрастающим давлением на защиту, что малозаметно, но непрестанно увеличивало расход сил.
– Ваши Высочества, – начал я, внезапно громко даже для самого себя. – Рекомендую проверить динамику расхода сил, – продолжил я тише и добавил: – Высока вероятность его экспоненциального роста.
Тёмный принц поднял руку. Все остановились. Близнецы и я чуть прикрыли глаза, проверяя чары. Через несколько мгновений мы убедились в полной правдивости моего предположения: кристаллы, к которым стремились нити подпитки были почти пусты, и основной поток энергии шёл от внутренних личных источников. Моментально подключив свежие накопители, мы призадумались.
«Так, – считал я, – в ход пошёл второй из четырёх имеющихся у каждого из нас редчайших артефактов, а мы преодолели едва треть пути. Что-то не оптимистичная задачка-то получается, даже при смене аллюра».
– Стоит ускориться? – слегка скептически прозвенел голос Её Высочества.
– Хорошая идея, о сестра моя, – с совершенно непонятным оптимизмом ответил Энн. – Стоит пустить наших скакунов в размашку и проехать вперёд ещё, пока не закончится энергия во втором накопители, – заметив наши с сестрой вопросительно приподнятые брови, он пояснил: – Таким образом мы зафиксируем динамику роста давления, но при этом нам хватит энергии на обратный путь.
Услышав несказанное: «А сведениями мы поделимся с отцом», я и Эна хором ответили:
– Да будет так!
Светлоэльфийскому стражу, внимательно слушающему наш разговор с нечитаемым выражением лица, оставалось лишь согласно поклониться, принимая волю Его Высочества.
И наша кавалькада снова двинулась вперед, на этот раз существенно ускорившись. По бокам зачастил чёрный частокол стволов, лапы пантер и копыта лошади глухо ударяли в твёрдую землю, контроль над щитом и окружением занимал всё внимание без остатка. По истечении пятого десятка минут, когда во втором кристалле осталось «на донышке» энергии, тёмный принц вновь поднял руку и скомандовал:
– Стоп!
Мы все мягко остановили скакунов, и Энн добавил:
– Осмотр три минуты – и назад.
Смотреть на первый взгляд было особо и не на что: чёрный мёртвый лес не особо изменился, всё так же скорбно возвышаясь под лучами летнего солнца. Да ещё и прямо-таки сжимающее защиту явно негативное давление невероятно мешало. Лишь продышавшись сквозь мандраж, против воли воцаряющийся в организме, я смог бросить на всё окружение взгляд второй, несколько более отрешённый и окидывающий всю панораму целиком.
И мне открывается незамеченная ранее деталь: все верхние ветви и лесных великанов, и меньших деревьев, и даже кустарников несколько наклонены вправо от нас, к северо-западу.
«Ветер? – тут же задал я себе вопрос. – Так непохоже, штиль же. Пока всё это было живое и росло – так логично тянуться к югу и солнцу. Хм-м-м, значит что-то наклонило их уже в посмертии. Пожалуй, мы доехали до края формирующегося вихря. И центр его, готов спорить, в Малой Усадьбе, куда нам никак не светит попасть своими силами. Даже если включить ненужный героизм».
Переглянувшись с близнецами, я поймал их внимание и описал в воздухе широкую левозакрученную спираль, начав от глаз и поведя правой рукой по-над дорогой. Понимающе кивнув, Его Высочество промолвил:
– Да, о брат мой по закону, ты прав. Разворачиваемся и в обратный путь.
