Неужели скоро уже можно будет начать? Какое непривычное волнение. Какое неуёмное нетерпение. Я прикрыл глаза и принял позу поудобнее, пытаясь расслабить тело и выгнать из головы ненужное любопытство. Что будет, то будет. Нет смысла изучать все возможные варианты прямо сейчас. Я справлюсь с любым назначением. Щелчком мыши я захлопнул окно с Роскартами.
Шум на лестничной площадке продолжался ещё минут пять. Потом из лазарета Академии прибыл дежурный целитель, и почти сразу же явилась служба внутренней безопасности. В корпусе наступила блаженная тишина.
Ко мне, надо сказать, никто даже не постучался. Очень славно и объяснимо. Свидетелей случившемуся было полно. Да и камеры на лестницах всё прекрасно покажут и без моего участия. Плюс репутация.
Интересно, кем был этот белорубашечник? По титулу минимум граф. Я открыл поисковик, вбил в поисковую строку описание герба, вышитого на груди покалеченного. Задумчиво хмыкнул, почитав результат. Нет, не граф. Князь.
Как будто это что-то меняет. Так, ладно. Мне нужно найти хорошую гостиницу для родителей. Они впервые приезжают в Петербург, поэтому отель должен быть где-нибудь в центре. Идеально будет поселить их в районе Исаакиевского собора. У меня к нему слабость, а значит и старикам понравится. Два дня повожу их по городу, а там и церемония…
…В итоге поселил я их в гостинице с видом на Адмиралтейство и Исаакиевский собор одновременно. Очень просторные апартаменты с высокими потолками и шикарными старинными люстрами. Стены были увешаны картинами с видами Санкт-Петербурга. В основном фото, но парочка была с претензией. В рамах, под старину, но всё равно — репродукции. Бездушные, но красивые. Свои дизайнерские функции выполняли, и ладно.
Матушка моя всё ахала, обходя квартиру и восторгаясь ею да видами из окна. Отец же был сдержан и старался казаться умудрённым опытом мужчиной, который такие красоты видел сто раз и ещё сто раз бы их не видел. Он даже нашёл повод придраться к косяку проводки в одном месте. Я посетовал вместе с ним на криворукость неизвестных мастеров. И ему приятно, и разговор поддержал.
А затем наступило два дня бесконечной прогулки. Петергоф, Эрмитаж, Михайловский замок, Зимний Сад, бесконечные набережные, прогулки на катере по каналам и самые укромные, прекрасные ресторанчики центра, находящиеся вдали от туристических троп, но всё равно шикарные.
С развлекательной программой я постарался. Мне очень хотелось порадовать этих людей, пусть и не являющихся моими настоящими родителями. Но искренняя их любовь к человеку, который был здесь до меня — подкупала. Да и остатки его личности тянулись к старикам всеми фибрами. Так тянулись, что чувства прежнего Михаила Баженова стали моими.
Два дня, оставшихся до церемонии, мы провели вместе, стирая ноги в обходе петербургских достопримечательностей. А потом наступил долгожданный день выпуска. Я заехал за родителями за час до начала, на арендованной статусной машине, которую отец ни в жизни бы не заказал просто из экономии.
Маму и папу узнать было просто невозможно. Из гостиницы вышли по меньшей мере люди княжеского рода, а не златоустовский купец с женой! Костюм отца и платье матери сидели идеально! Расстарался, батя!
Ну, надеюсь, они будут гордиться новым сыном. Были все предпосылки.
Когда на сцену вышел главный конферансье — Иван Михайлович Баженов сделал вид, будто бы уже утомлён торжественной церемонией, и вся она лишь ничего не значащая, и даже досадная, мелочь в его жизни. Надо же соответствовать окружению! Но внутренне он напрягся до звона натянутых нервов. Ведь сейчас решится судьба его единственного сына.
Банкетный зал был полон. За столами сидели целыми семьями, от мала до велика. За соседним расположились Бургомистровы, с целым выводком светловолосых юношей, один другого младше. Сам глава семейства, полный суровый мужчина с бакенбардами, постоянно отирал пот со лба дорогим платочком и на сцену вообще не смотрел. Зато постоянно поглядывал на часы. Ну, разумеется, у него есть дела поважнее. Ему можно. У него вон сколько детей! И если старший получит дрянное место, то ничего зазорного не случится. Кто-то из младшеньких где-нибудь да пристроится. Род ведь известный, влиятельный и богатый. Баженов о нём слышал и до сегодняшнего знакомства. А тут ведь сам Бургомистров первый подошёл к Ивану Михайловичу, правда выражение его лица чуть изменилось, когда он понял что жмёт руку простому купцу, а не ровне по сословию. Иван Михайлович давно привык к таким реакциям. Благородная кровь даёт своим владельцам много возможностей, и Бургомистрову не пришлось хорошенько потратиться, чтобы приехать на церемонию распределения и снарядить свою семью в новые и дорогущие наряды!
