Это, кстати, тоже важно. Надо бы досконально проверить этого управляющего. Если он всю свою работу делает так, с инициативой, но с почтением, я даже позволю ему что-то с этого иметь.
— Конечно, конечно. Веди, — сказал я старосте Комаровки, и длинноволосый мужчина плавно поспешил к держащимся особняком пятерым селянам в чистой, но по-деревенски дешёвой одежде.
— Я сразу хочу извиниться за взятую на себя смелость, господин Зодчий, — сказал Гудков, по дороге. — Вы говорили про мужчин, но… У меня нашлось даже лучше! Гораздо лучше! У меня нашлась Нюра!
Что ж… Нюра из пятёрки подобранных для меня людей действительно выделялась. Она была на голову выше самого рослого из мужчин-добровольцев, и в три раза шире. Словно налегающая на пиво и булку дочка сказочного огра и какой-нибудь принцессы. Лицо было соответствующее — широкое и мясистое, а маленькие глазки прекрасно дополняли картину. Плюс смешной пучок волос на затылке. Прокормить такого бойца должно быть непросто. Драться против неё мне бы тоже не хотелось. Вид Нюра имела суровый и отталкивающий. Да и мужики из Комаровки старались держаться от неё подальше.
— Я просил покрепче да поотчаяннее, — тихо заметил я.
— Не волнуйтесь, ваше благородие! — смущённо улыбнулся староста. — Нюра попадает под все ваши критерии. Вы не пожалеете, клянусь.
Мужчины подобрались довольно крепкие и вполне подходящего возраста: без детей и стариков. Самым младшим был мой ровесник, а старшему стукнуло немногим больше сорока. Нюре, наверное, минул третий десяток, но у людей с такой комплекцией сложно с определением возраста. Там и двадцать, и сорок легко насчитать можно.
— Добрый день, — поздоровался я и выслушал нестройное ответное приветствие. От одного крестьянина ощутимо пахло перегаром, да и улыбался он очень странно, будто не отошёл от попойки. Сразу минус. Молодой держался излишне уверенно, очевидно, сражаясь с собственной робостью. Самый возрастной доброволец, совершенно точно, служил прежде.
— Игнат Туров, шестнадцатый гренадерский полк, — доложил возникший рядом со мной Черномор. — Две награды. Уволен по прекращению контракта. Не женат. Не привлекался. Никому не нужен. Совсем как я…
Вовремя подошёл мой искусственный интеллект. Неужели адаптируется потихоньку? Я люблю, когда проявляют инициативу. Ошибаться можно, сидеть на заднице ровно, когда нужно брать ответственность на себя — нельзя.
Последним из прибывших мужиков был помощником местного кузнеца. Плечи широкие, руки крепкие. Вполне себе вариант. По каждому Черномор выдал справку, но ничего впечатляющего не нашлось. Совершенно обычные сельские жители, которые в своей основе даже в Кобрине не бывали. Я для них так и вовсе инопланетным гостем считался.
Впрочем, это недалеко от истины.
Я задрал голову, чтобы заглянуть в лицо Нюре. Биография у неё тоже была скудная. Из пятёрки следы в сети оставил только Туров.
— Хм… — проговорил я, изучая великаншу.
— Я любого здесь поколочу, ваше благородие! — низким голосом протянула она и смущённо улыбнулась. — Не смотрите, что баба!
— У меня нет цели кого-то колотить… — заметил я, и Нюра разочарованно вздохнула. Любопытно.
— Пока нет… — осторожно добавил я, и в маленьких глазках валькирии забрезжил огонёк надежды.
— Так, ты, — я указал на ещё пьяного рекрута, — тебе сразу нет. Тебе предложили работу на благородного человека, и ты не смог явиться на встречу трезвым.
— Так это… Я… Узнал-то тока сегодня. Я ж… Ну… — замялся мужик. — Руся, скажи его благородию, а? А ну как второго шнс… шнс… Ну, вдруг больше набора не будет. Набора! Во! Простите, вашбродье. Ик.
Гудков сокрушённо покачал головой:
— Моя вина, господин Зодчий. Моя вина. Я знаю, что Макар прекрасно бы вам подошёл, но вчера не смог его найти. Только сегодня. Его сомнения насчёт ограниченности предложения я всецело разделяю, поэтому настоял явиться даже в таком виде.
Макар умоляюще сложил руки. С виду крепкий… И я вроде бы его отшил. Но ладно, пусть знают, что новый Зодчий суров, но не упрям.
— Ещё раз увижу пьяным — сделке конец, — сказал я, а мужик расплылся в счастливой улыбке, но тут же попытался принять серьёзный вид.
— В чём будет заключаться работа и какая будет наша оплата? — тихо поинтересовался гренадер Туров.
— Люблю прямые вопросы, — повернулся я к нему. — Но я бы не назвал это работой. Услуга за услугу, Игнат. Я обеспечиваю вас и ваши семьи. Жильё, провизия, снаряжение, обучение. Это поможет разрешить большую часть ваших проблем сейчас, и быть готовым к чему-нибудь серьёзному в будущем.
— Что взамен? — гренадер не удивился моей осведомлённости о его имени.
— Взамен мне нужен порядок на этих землях. Мне нужны люди, готовые их защитить. И не только свой дом и своих соседей, когда рак на горе сдохнет. Вы, конечно же, помогаете друг другу, знаю. Кто вилами, кто топором, кто отцовским мечом. Это очень хорошо, но этого недостаточно. Мне нужна организованная, обученная группа, способная решать проблемы в самом широком спектре.
Гренадер молча кивнул, а вот глаза юноши загорелись. Я же продолжил:
