Когда умер Бессмертный Страж, и я очистил источник — система, выстроенная Тёмным Зодчим, потеряла питание, и сдерживающие Люция путы пали. Для чего вообще нужно было городить такие сооружения, и дополнять их зачарованными на Скверну оковами? Если у вечно регенерирующего бедняги нет особых сил, и перед его пленителями стоит цель просто избавиться от тела — достаточно просто привязать камень к ногам жертвы и бросить в какое-нибудь болото. Просто, со вкусом, и надёжно. Никто никогда не нашёл бы его в этих топях. Незачем городить такие подземные хоромы, зачаровывать цепи и питать всё от Осквернённого Колодца, чтобы просто спрятать существо с подобным даром. Не вяжется.
Может, Тёмный Зодчий не закончил с Люцием до своего внезапного исчезновения?
М-да. Мне потребуется время, чтобы всё изучить… Тоннели под Томашовкой уходили на север, в земли Володина, и терялись где-то там, под холмами. Туда мой Конструкт пока не дотягивался, а значит, возможности анализа сильно ограничены. Перекрыв неизвестный ход тяжеленой шлюзовой дверью, я вышел на свежий воздух и направился в резиденцию Тринадцатого Отдела.
В моём кармане слегка побрякивали украшения из порченого золота. Большую часть я раздам самым ценным моим людям. Один отдам Орлову, и очень рассчитываю, что граф поделится со мной своими знаниями.
А ещё я остановил производство новых укреплений вокруг форта. Подумал минуту, и перемешал существующие, выставив их в других местах. Чеснокова, конечно, жаль. Но пусть ещё немного поработает. Заслужил!
Чиновник уехал в столицу через два дня, но за это время он один раз попытался сбежать на такси, сломавшемся сразу, как только Чесноков в него сел. Бюрократ даже не вышел из автомобиля, когда водитель сказал о проблеме. Он просто заплакал, и это окончательно растопило моё сердце. Так что я его отпустил и когда Чесноков с исписанной пачкой бумаг отправился пешком в Малориту — то не стал чинить препятствия.
За это время в лагере Тринадцатого Отдела специалисты Орлова устроили небольшую тюрьму для тварей Изнанки. Олег Кадывкин и его силовики отловили несколько перворанговых и второранговых порождений Скверны. Клетки, в которых они содержались, меня заинтересовали отдельно. Во-первых, материал любопытный, неожиданный сплав. Учёные Тринадцатого Отдела сумели создать экранирующую зону посредством комбинаций металлов. Во-вторых, они умудрились подключить клетки к мобильным энергетическим установкам, и полученным излучением полностью нивелировали любые таланты низкоуровневых монстров. Всё чистая физика, никакой магии.
Очень многообещающее направление для исследований. Не зря у них такой бюджет и такие возможности.
По заказу Тринадцатого Отдела я построил им лабораторию из схемы, предоставленной мне под расписку о нераспространении. Я подписал шесть различных бумаг на этот счёт, и нарушение контракта по любой из них грозило обвинением в «государственной измене».
Сама схема особого интереса не вызывала. Даже оборудование в нём в моём мире показалось бы детским игровым набором. Но здесь оно охранялось очень серьёзно и являлось настоящим достоянием государства. Большая часть силовиков Кадывкина была переброшена на охрану, и к выросшему посреди леса высокому зданию теперь не подпускали вообще никого, что вызывало недовольство местных грибников. Единственным любопытным моментом в схеме Тринадцатого Отдела был потрясающий эффект, обнаружившийся после возведения. Учёные, работающие на столь могущественную организацию, сумели экранировать от Конструкта всё происходящее за стенами лаборатории. Будто бы вырезали здание из картинки. А сама схема материала была закрыта для чтения. Защиту Отдела я, конечно, мог бы и взломать, но это сразу бы вскрылось при ревизии специалистом поддержки.
Так что пока я внутрь не лез. Тем более, что нечто похожее уже видел… Вот только ничего о такой технологии толком не знал, и это было вызовом моему таланту.
Шатры на границе почти опустели, основное оборудование из них тоже перенесли в новые помещения. Туда же, в конце концов, переехали и испытуемые экземпляры, на которых Липка и Вознесенский тестировали переданный им амулет. Результат мне был интересен, но пока в итоги исследований меня не посвящали. Хотя Орлова клятвенно заверял, что про меня не забудут.
