Но пока им по пути. Пока он делал всё то, что когда-то мечтала сделать Паулина.
На губах девушки появилась улыбка.
Серая старая индийская иномарка вывернула на обгон, когда Паулина повернула на Малориту. Новая трасса была в прекрасном состоянии. Миша и здесь всё сделал идеально. Он вообще будто бы нигде не просчитывался. Все пташки в регионе отзывались о Баженове либо хорошо, либо нейтрально. Кроме одной ячейки, но там образовалось радикальное крыло движения, и оно уже начинало беспокоить Паулину. Она даже обсудила его с Ольгиным, но тот попросил проявить снисхождение.
«Когда придёт время показать зубы, сможешь ли ты быть столь беспощадной и неведающей сомнений, как они?» — сказал он. Паулина не смогла бы. Поэтому спорить не стала.
Иномарка тем временем поравнялась с машиной Князевой, будто бы двигатель индийского автопрома не мог совладать с российским. Паулина чуть притормозила, пропуская вперёд гонщика, и тут он вильнул, опасно приблизившись, и сам замедлился. Окно со стороны пассажира поползло вниз, и в нём появился пистолет.
Секунда растянулась в вечность. Князева утопила педаль газа до упора, и турбированный мотор взревел. Машина рванулась вперёд, инерция вдавила тело в спинку кресла. Враждебная иномарка завыла, плюясь чёрным дымом, и пытаясь угнаться за жертвой, но тщетно. Стрелок высунулся в открытое окно, прицеливаясь, и Паулина принялась подруливать, чтобы не оставаться на одном месте. Впереди показалось голубое сияние Конструкта.
Девушке показалось важным, дотянуть до него. Внутри появилась уверенность, что если ей удастся, то Баженов что-нибудь придумает. Вцепившись в руль, Паулина бросила взгляд в зеркало заднего вида.
— Простите за ожидание, — вдруг раздалось в наушнике неуместные слова оператора, — переключаю ваш звонок.
И в этот миг под днищем машины что-то лязгнуло, руль вырвало из рук, и в следующий момент Паулина поняла, что уже находится где-то между небом и землёй. Воздух загустел. Автомобиль медленно накренился, переворачиваясь. Князева почувствовала, как кружится голова. Как пролетают мимо неё украшения. Крыша промялась под страшным ударом об асфальт.
До Конструкта оставалось пара сотен метров, но Паулина понимала, что уже не успеет пересечь заветную границу. Машина ударилась один раз, второй раз, а затем будто подпрыгнула выше вращаясь. Лобовое стекло превратилось в паутину, брызгая осколками, но даже через него было видно удаляющуюся прочь дорогу. Её выбросило с трассы!
Когда автомобиль врезался боком в вековой дуб, то движение моментально прекратилось. Хруст и скрежет вспугнул птиц. От удара машину разорвало на две части.
Та, в которой была Паулина, всё-таки оказалась на территории Конструкта.
— Хозяин, на шестнадцатом километре малоритовского шоссе только что произошёл дорожный инцидент с Паулиной Князевой, — появился передо мной встревоженный Черномор.
— Какого рода инцидент? — спросил я, отправив ложку ароматной солянки себе в рот.
— Вам лучше это увидеть, — вместо слов виртуальный помощник показал мне видео с места происшествия, и уже через секунду я был на ногах. Бросил оплату на стол и поспешно покинул «Логово друга».
— Я взял на себя смелость вызвать спасателей и скорую помощь, Хозяин, — продолжил отчитываться виртуальный помощник.
Глубокий, низкий рёв двигателя огласил округу, когда я с пробуксовкой вывел автомобиль на дорогу, и уже минут через десять я был на месте. Бывшие дружинники Фурсова, оказавшиеся рядом во время катастрофы, смогли победить начинающийся пожар, но к Паулине, зажатой в останках автомобиля, подобраться не сумели.
— Состояние? — запросил я статус у Черномора.
— Дыхание и пульс присутствует, но во мне нет возможностей для полноценной диагностики, как у медицинского модуля, чтобы оценить критичность состояния, — опустил голову ИскИн. — Простите, Хозяин. Я могу предполагать, но вы просили в критических ситуациях не заниматься анализом. Я правильно классифицировал катастрофу как критическую?
Седобородый посмотрел на меня с нескрываемой тревогой.
— Ты всё правильно сделал.
— Простите, что снова не оправдал ваших надежд, — поник мой помощник.
— Прекрати. Ты создан не для таких целей. Молодец, что вызвал спасателей.
Я осторожно осмотрел искорёженный кузов, запретив себе эмоции. Любое случайное движение может оказаться роковым. Здесь нужно резать, а не рвать. Без специального инструмента я скорее наврежу зажатой Паулине. Воздух пропал разогретым металлом.
— Вашбродье, — подошёл ко мне взмыленный дорожник. Он на ходу отёр пот со лба, оставив рукавом масляный след. — Вы так-то не трогайте ничего, ладно? Оно плотненько засело. Погубите Паулинку!
— Что здесь произошло? — оставил я слова бывшего фурсовского дружинника без внимания.
Всё, что смог показать мне Черномор, так это влетающую в зону Конструкта машину.
