Отныне я и правда не что иное, как демон, лишенный последних притязаний на все это. Осознание бурлит внутри, тошнота все нарастает, пока матроны со своими помощницами ведут нас по лабиринтам коридоров в огромный главный зал. Там уже ждет шеренга девушек, и каждая одета в кожаный доспех, вооружена деревянным мечом. Как и мы, они были гладко выбриты, но теперь их волосы отросли примерно до середины затылка. Наверное, за несколько месяцев, не меньше.
Должно быть, это старшие алаки, которых прислали сюда до нас.
В самом начале стоят три женщины без масок, за их спинами гордо развевается красно-золотое знамя Варту-Бера. Мой взгляд мгновенно притягивает та, что посередине. У нее темно-коричневая кожа, мощные мускулистые руки, суровый и непоколебимый взор. Но больше всего меня поражает ярко-красная глина, которой смазаны замысловатые косы, обвитые вокруг ее головы. Сразу их узнаю, как и ее силуэт.
Молчаливый командир из Зала Джор!
Эта она! Только теперь без маски и в темно-зеленом облачении с крупной золотой брошью на плече – солнце в затмении, как над аркой. Где же я видела его раньше? Вопрос не дает мне покоя.
Приходится заставлять себя не опускать взгляд, когда она выходит вперед и вскидывает руку в приветствии. Девушки вокруг меня делают то же самое, в их глазах стоит боль. Наверное, они тоже впервые видят столько женщин без масок.
– Здравия, почтенные неофитки-алаки! – восклицает командующая.
– Здравия! – вторят девушки в доспехах мощным, единым целым.
От этого звука у меня по коже пробегают мурашки.
Суровая женщина продолжает, ее гулкий голос эхом разносится по залу:
– От имени его величества императора Гизо Пятого, почтенного владыки и повелителя Единого царства, нашей возлюбленной Отеры, приветствую вас в Варту-Бера.
– Приветствую! – вторят девушки в доспехах.
– Я – кармоко Танди́ве, – говорит женщина, – главная наставница Варту-Бера, великого лагеря, в котором вы находитесь. Кто назовет меня любым иным титулом или же произнесет мое имя неверно, той за дерзость я вырву язык и помещу в банку, чтоб он составлял мне компанию.
В зале тут же становится прохладнее, девчонки испуганно переглядываются. Я молча пытаюсь запечатлеть в памяти имя: Тан-дИ-ве, Тан-дИ-ве.
Та все продолжает речь:
– По левую руку от меня – кармоко Кальде́рис.
По ее знаку вперед грузно шагает брюнетка почти медвежьих размеров, которая оглядывает нас единственным ярко-голубым глазом. Второй скрыт кожаной повязкой. На плече брюнетки тоже поблескивает брошь с затменным солнцем.
– Она будет вашей оружейницей.
Кармоко Тандиве делает еще один знак, и кармоко Кальдерис, коротко кивнув, отступает обратно.
– По правую руку – кармоко Хуо́н.
Вперед выходит миниатюрная, добрая на вид женщина с бледной кожей и темными глазами. Черные волосы рекой струятся по спине, украшенные крошечными цветочками из драгоценных камней. Она совсем не похожа на воина, и нежная улыбка, с которой она нам кивает, лишь усиливает это впечатление. Она тоже носит затменное солнце, и когда рассеянно проводит пальцем по броши, мое сердце почему-то ускоряет бег.
– Ваша наставница в боевых искусствах.
Миниатюрная женщина отступает, почти с опаской оглядывая нас. И я вновь про себя удивляюсь, как ее выбрали наставницей по бою. Она же, как бабочка, такая красивая и нежная, что ее можно раздавить неосторожным движением.
Кармоко Тандиве продолжает:
– С этого момента и до тех пор, пока вы не покинете Варту-Бера, мы, ваши кармоко, ваши учителя, будем вашими наставницами. Каждая, кто стоит сейчас перед вами, служила Тенью его императорского величества, самыми смертоносными из всех его убийц. Мы все удостоены почетных мест в «Шествии Теней», книге, где перечислены подвиги нам подобных, – книге, которая хранится здесь, в прославленном Варту-Бера, Доме женщин. Мы гордимся тем, что прошли обучение в этих самых стенах, и еще больше гордимся тем, что оказываем такую же честь вам. С этого момента и до тех пор, пока вы не покинете этот лагерь, вас ждет куда больше работы и боли, чем за всю вашу жизнь, пока мы не превратим вас из слабых, бесполезных девчонок в воинов, в защитников Отеры. Побеждай или умри – вот наш девиз здесь.
Хмурю брови. Воинов? Защитников? Это кармоко говорят о нас, серьезно? Снова вглядываюсь в кармоко Хуон, пытаюсь представить ее смертоносной убийцей. Если уж она-то сумела, то, наверное, то же самое возможно и для…
Что-то приближается.
От неприятного предчувствия покалывает кожу, и я напрягаюсь.
– Бритта, – хрипло выдыхаю, едва дыша.
Ощущает ли она то же самое – острое осознание, панику, что острыми когтями пробирается вверх по позвоночнику?
А остальные девчонки?
Они все спокойны, но они понятия не имеют, что сейчас произойдет. Я же слишком отчетливо помню, что было в деревне, когда я в последний раз испытала подобное. Кровь, страх, усеивающие снег мертвые тела…
– Что такое? – шепчет в ответ Бритта.
– Смертовизги, – выдыхаю я. – Они здесь.
– То есть – здесь?!
Бритта в панике озирается, а кармоко Тандиве подходит ближе, и взгляд ее суров.
– Вы все слышали о смертовизгах, верно?
Девчонки вокруг меня кивают.
