И Коська вновь испытал голововокружение. Но уже совсем по другой причине.
И так он об этом раздумался, что упустил из виду, где находится. Воздушный поток куда-то пропал, дельтадув выровнялся и стал снижаться. Планируя вниз, Коська присмотрел небольшую полянку у озера и, решив, что лучшего места для посадки не придумаешь, мастерски развернул летательный аппарат, сделал несколько кругов и плавно приземлился.
Оглядевшись, он увидел дом, выкрашенный в ярко-красный цвет. Он решил узнать у хозяев обратную дорогу и направился прямо к нему.
Дом окружал высоченный забор, но калитка была чуть приоткрыта. И каково же было удивление Коськи, когда во дворе он разглядел мирно похрапывающего Главного бандютюка! Он был без формы и выглядел как совсем обычный акулька.
Коська постучал в калитку и вошел во внутренний дворик.
Главный бандютюк недовольно пошевелил губами и открыл правый глаз:
– Это кто мне не дадушки отсыпушки?
– Я залетел к вам совершенно случайно, и мне очень жаль, что сон важного воина нарушен, – затараторил Коська, представ перед глазами важного акульки.
Но Главный бандютюк не разобрал витиеватой речи гостя и подумал совсем о другом. А именно – о том, что можно ожидать от Любимчика Акульки-13. И надо сказать, ничего хорошего в голову ему не приходило. Но он сделал любезную улыбочку и пригласил его в дом.
– Проходи, дорогушка Любимушка. Я всегда радушки твоей появляшке.
– А нельзя ли помедленнее, уважаемый, я вас плохо понимашки.
– Любая твоя желашка – закошка. – Потом он сделал паузу и сказал вполне понятно: – Я каждый день учу твои слова. Словарик всегда при мне.
– Вот здорово! Очень прошу вас, Бандютюк, зовите меня Коськой или Коськой-Камчаткой. Забудьте на время, что я Любимчик. Эта кличка с некоторых пор стала мне неприятна.
– Кличка? – удивленно пропел Бандютюк. – Какое странное слово! Сейчас посмотрю в словарике, что бы это значило.
Он долго рылся в книжке, а найдя нужное слова, лишь пожал плечами.
– Знаешь, Любимчик… э-э-э Коська, в конце концов, сегодня выходной день и я не на службе. Будь, Камчатка, как дома. Так у вас говорят?
– Говорят, но очень редко. – И тут Коська поймал себя на грустной мысли, что и там, на родной земле, нет-нет, да и встретишься с признаками страшной болезни.
– Спасибо.
– He хочет ли Коська отведать прекрасного као-као? Нет? Тогда, может быть, сказочный гоголь-моголь? Тоже нет?
– Не беспокойтесь, Бандютюк, я сыт, всем сыт по горло!
Бандютюк опять удивился, пытаясь понять, как можно быть сытым по горло всем. При этом он пристально изучал Любимчика и думал, что такая вежливость не предвещает ничего хорошего.
– Присаживайся, дорогой э-э-э.. Коська, на крылечко и расскажи, откуда ты упал и что тебя тревожит. Я вижу грусть на твоем любимейшем лице. Может быть, ты задумал совершить государственный переворот или прочитать запрещенную книгу?
Коська безразлично махнул рукой.
– Вы человек военный, и врать вам поэтому мне никак нельзя. Скажите, зачем вам нужен Любимчик, какая польза от него акулькам? Я больше не хочу носить этот мерзкий титул!
Главный бандютюк даже подскочил он неожиданности, оглядываясь по сторонам.
– Тише, ведь нас могут услышать слухачи! Какая неосторожка! Невозможна. Невозможна!
– Но почему?
Тут Главный бандютюк хитро засмеялся,
– Я догадашка, тебя подослал ничтожка Цертура. Он мечтает получить мое местишко! – Перемешивая свои и чужие слова, он, кажется, не на шутку рассердился. – И пожалуйста, и хорошо, наконец я займусь своим огородцем!
– Да никто меня не посылал. Я сам залетел. И притом случайно!
– Это правда, или правдишка?
– Только правда, и никакой правдишки! Я взглянул на все с высоты, и мне стало стыдно… Случись такое дома, меня давно бы поставили на собачье положение.
– Это еще что такое? – удивился Бандютюк.
– Это такое наказание, когда с тобой никто не разговаривает несколько дней.
– Чудеса, – только и смог выдохнуть Главный бандютюк. – Первый раз в жизни вижу Любимчика, который смотрит на себя с высоты!
– Вы опять не верите мне? А я говорю правду. – И Коська-Камчатка горько заплакал.
Такого поворота событий не ожидал даже Главный бандютюк, который немало повидал на своем веку.
– Успокойся, Любимчик, успокойся. Я попробую тебе поверить. Все будет хорошо, мы тебя любим. Утри свои слезы.
Но Коська-Камчатка заплакал еще сильнее, вспомнив о маме и папе, о друзьях и, конечно, о том, что через несколько дней начнется новый учебный год, и начнется он без него. Коська очень любил первые дни школьной неразберихи, пока утрясали расписание и обживали классные комнаты.
Главный бандютюк растерялся совсем.
– Любимчик, ну, Любимчик, не плачь! Что же ты за Любимчик, если плачешь? Тебе нельзя, у тебя высокий титул!
– А тебе, Бандютюк, тебе твой титул нравится?
