– Есть! – Дженар хлопнул в ладоши. – Будем вращать по очереди, принцесса. Я первый, уж так и быть. И дай мне один плед, а? Тут градусов пятнадцать, не больше…
Воздушный шар мерно поплыл на север. Корзина покачивалась, и Рина все еще боялась встать, глядя на землю внизу через отверстия для ног. Она была похожа на заплаточное одеяло в черных прорехах.
Дженар стоял, облокотившись о край гондолы, и с довольным видом смотрел на пейзаж внизу, нажимая ногой на педаль так беззаботно, будто стучал в такт мелодии, игравшей в голове.
В его глазах блестело заходящее солнце, волнистые волосы развевались от встречного воздуха, а выражение лица было озорнее некуда, и Рина не могла поверить, что этот юноша давал Странникам советы от лица мудрого старика двести лет подряд и его никто не разоблачил.
В безветренном пространстве, где шар не терял курс и плыл строго на север, они легко преодолели горный хребет и черные пропасти между островками.
К великому облегчению Рины, аэростат не исчез. Дженар был убежден в этом с самого начала, он говорил что-то про изменение энергетической привязки, но Рина все равно боялась до тех пор, пока они не миновали первую по-настоящему огромную пропасть.
Теперь внизу простирались залитые утренним солнцем равнины, пронизанные нитями рек, похожих на лавовые потоки, а по зеленым берегам, словно хлебные крошки, были рассыпаны домики с крышами соломенного цвета.
– Что-то ты мрачная, – зевнул проснувшийся Дженар. – Устала?
Они дремали по очереди, чтобы поддерживать шар на нужной высоте и оценивать обстановку. Поборов страх, Рина быстро научилась работать с горелкой, и ей очень нравилось управлять аэростатом. А еще в корзине было уютно спать, если закутаться в два одеяла. Дженар бодрствовал почти всю ночь, а Рине передал управление только час назад, но, видно, так и не смог уснуть.
– Нет, – сказала она, методично нажимая на педаль, чтобы винт продолжал вращаться. – Просто иногда чувствую себя вот этим мешком. – Она кивнула на грузы, прикрепленные к гондоле с четырех сторон. – Я как лишний балласт – сбросишь, и всем будет легче. Ты почти все делаешь в одиночку, а я толком ничем не могу тебе помочь. Даже не представляю, что бы со мной было, если бы я оказалась тут одна.
– Ты что, на похвалу напрашиваешься? – хитро улыбнулся Дженар. – Если бы не ты, мы бы здесь не оказались. Не получили бы эту возможность снять проклятье. И толку от тебя, поверь, очень даже много. Кстати, что у нас с завтраком?
– Разве тебе вчерашнего ужина не хватило? – приподняла брови Рина.
Дженар бесцеремонно схватил ее рюкзак и стал рыться в нем в поисках еды. К счастью, Рина уже отучила его открывать отделения с ее одеждой и сменным бельем, поколотив хорошенько.
– И это все? – разочарованно протянул Дженар, глядя на булочку с ананасовым желе и бутылку воды.
– За десять часов от голода не умрешь, – передразнила его Рина. – Надо было вместо куклы купить побольше еды в дорогу.
– Точно! – Дженар так дернулся, что корзина пошатнулась, Рина испуганно вцепилась в бортик. – Ты чего?
– Куда ты ее положила? Эту воображайку? Ты ее не спутала со сферами, которые из дома взяла? – Конечно, нет! Она в перчатке. А те – в носках. Но не вздумай там рыться!
– Я помню-помню! Рука у тебя тяжелая. Тогда сама найди.
Дженар сменил Рину на ее посту и поддал газу, чтобы аэростат поднялся над слоем облаков.
– Зачем она тебе сейчас? – спросила Рина, протягивая ему сферу.
– Ту, что в носке, тоже достань, – потребовал Дженар, внимательно разглядывая шар в лучах утреннего солнца.
– Только не перепутай! – предостерегла его Рина, отдавая второй. – Они одинаковые.
– Ты не находишь в этом ничего странного?
Рина тоже взглянула на сферы, но ничего необычного в них не увидела. Разве что они слегка мерцали внутри, но это могло быть и из-за преломления света в хрустале.
– Самое странное в них то, что с их помощью вызывают колдунов и получают игрушки.
– Ты сама сказала, что они одинаковые. – Дженар прищурился. – Разве не странно, что предметы, у которых явно разное предназначение, выглядят абсолютно идентично и их легко можно спутать? Почему их никак не разделяют по категориям? Наверняка их много видов для разных целей.
Рина задумалась.
– Понятия не имею. Что, если они как-то отличаются, а мы просто этого не замечаем? Может, там есть шероховатости? Что-то написано, поставлен штамп?
– Ни-че-го, – помотал головой Дженар. – Обе сферы абсолютно гладкие и прозрачные. Кажется, я примерно понял, в чем подвох. Подмени меня, ладно? Я хочу кое-что проверить.
Рина заняла его место у педали.
– Да пожалуйста, самое время для игр. Слушай, если уж ты решил проявить игрушку, можешь нафантазировать какого-нибудь мужичка с кувалдой? Заведем его, и пусть он колотит по педали.
– Отличная идея, но помолчи минутку, ладно? Мне нужно сосредоточиться.
«Вечно он себе на уме, – с раздражением подумала Рина. – Ничего не объясняет, все решает за двоих, а меня ставит уже перед фактом».
