– Какая разница? – пожал плечами Дженар. – Ты можешь печь торты, а можешь – хлеб. Но суть твоего занятия одна и та же – кулинария, пекарское дело. Просто специализация разная. У меня высокий магический потенциал, и, если бы я обучался колдовству, этот потенциал направился бы в колдовское русло.
– Но тот колдун, получается, еще и кудесник? – спросила Рина. – Он ведь смог оживить скульптуры. Я мало что знаю про колдовство, но помню про четкое разделение на живую магию и кудесничество. Колдуны не могут управлять неодушевленными предметами, так ведь?
– Вот именно, – кивнул Дженар. – Но это нематериальный мир, поэтому им не нужно быть кудесниками, чтобы менять его. Вот почему любой, даже не связанный с магией, человек может использовать воображайки. Я думаю, они работают как некие призмы – концентрируют энергию души, придают ей форму с помощью воображения и проявляют в мир. Эти шары – посредники. Инструмент.
– У нас будет громадное преимущество, если ты научишься создавать вещи из ничего! – вдохновилась Рина. – Попробуй что-нибудь изменить! Цвет шара, например! Он слишком выделяется на небе. Пусть будет желтый! Слушай, а можно и с помощью сфер менять уже готовые предметы? Я смогу?
– Потренируйся на чашке! – предложил Дженар. – Маленькой сферы на такое должно хватить. Думаю, менять и оживлять уже существующие предметы требует куда меньше энергии, вот почему колдун использовал библиотечные скульптуры.
Рина, похожая на гусеницу в зеленом пледе, уселась на дно корзины и принялась гипнотизировать глазами чашку. Дженар скорректировал курс аэростата с помощью веревки и с минуту сосредоточенно смотрел на нейлоновую ткань купола. Потом перевел взгляд на пейзаж внизу.
– Ты посмотри, как тут красиво!
В его глазах отражались блики солнца, на волосах играли медные оттенки, и все цвета вокруг смягчались, как будто в небе зажгли большую вечернюю лампу с абажуром. Рина выглянула из гондолы и тоже залюбовалась: внизу проплывали золотистые облака, в просветах между которыми виднелись деревеньки, города и графичные, словно нарисованные тушью на контурной карте, узоры черных пустот.
– Знаешь, судя по всему, эти провалы сжимают пространство, – сказал Дженар. – Ты заметила, что здесь между городами гораздо меньшее расстояние, чем в реальном мире? Нежилого пространства практически нет. Может, мы так долетим прямо до Дитромея?
– Смотри! – выпалила Рина, показав ему чашку. – Она желтая!
Дженар улыбнулся, кивнув наверх. Купол тоже стал медовым, под цвет неба.
– Получилось! – ликовала Рина. – У нас получилось! Такое чувство, будто мы только что взломали этот мир!
– Ну, не все так сказочно, – остудил ее восторг Дженар. – Помнишь, я говорил тебе про энергетическую привязку? Что каждую созданную вещь нужно постоянно подпитывать?
Рина взволнованно кивнула.
– Ну так вот, судя по потокам, которые я ощущаю, у тебя привязка есть только к тем предметам, которые появились в этом мире вместе с тобой. – Он кивнул на ее рюкзак. – Как и у меня. Так что если ты будешь что-то создавать или менять, через время эти вещи исчезнут или вернутся в первоначальное состояние. Я могу привязать предметы к своей энергии, но к твоей – не получится.
Рина испуганно оглядела себя.
– Я что, скоро буду голая?! Почему ты мне сразу не сказал?! Я бы свое надела!
Дженар расхохотался.
– Не переживай, я уже давно привязал твою одежду к себе, как и аэростат. Но суть ты поняла. Действие сфер – временное. Так что не особо на них рассчитывай. Но есть и хорошая новость – те знания, которые мы получили только что, помогут нам пробраться во дворец! – Он выждал многозначительную паузу и продолжил. – Я как раз обдумывал, как нам это провернуть. Самый быстрый и безопасный вариант – попасть на коронацию Аскара. Она уже в конце этой недели, на выходных. Мы изменим внешность и придем туда под видом гостей. В толпе легко затеряться, и все будут заняты торжеством, а мы в это время поищем выход. Надо только узнать, как выглядят приглашения, и создать такие же.
– А как быть со списками? – нахмурилась Рина. – Там же наверняка есть списки приглашенных. Если нас в них не найдут, это вызовет проблемы.
– Ты, правда, думаешь, что я не смогу изменить списки, когда мы окажемся на месте? – хитро улыбнулся Дженар. – Обижаешь, принцесса. – Он дернул рычажок горелки и снова опустился на дно корзины.
В ту же секунду что-то пронзило купол, оставив в нем две дыры, сквозь которые яростно вырывался наружу теплый воздух.
Аэростат начал стремительно терять высоту.
– Мы падаем! – вскрикнула Рина, с ужасом глядя вниз, на крохотные домики, к которым они быстро приближались. – Дженар!
– Пригнись! – выпалил он.
Огромная тень накрыла остатки купола, и когти гигантской белой птицы вонзились в желтую ткань. Корзину сильно качнуло. Рина взвизгнула, падая на Дженара. Они болтались в птичьих когтях, словно два беспомощных птенца в гнезде. Рина зажмурилась и в эти секунды могла только пытаться не умереть от страха. Гондолу сильно раскачивало и трясло при каждом взмахе птичьих крыльев, но, похоже, дать им разбиться насмерть пока никто не собирался.
