Это то, что все делали, когда Штильцхены впали в немилость, так что свержение Кингов ничем не отличалось бы.
— Я могу продолжать давать тебе деньги, — выпалила она.
Лиам тяжело дышал. Рейчел сделала еще один шаг вперед, и в этот момент пистолет снова выстрелил. Крики эхом отскакивали от стен. Отец Рейчел наконец вышел из ступора, но было слишком поздно.
Я воспользовался возможностью, чтобы броситься к Лиаму. Мы оба упали на пол. Он был слабее меня. Я схватил пистолет и направил его ему в голову.
— Любитель, — пошутил я, когда с моего лба начал капать пот от пламени, которое начало распространяться еще сильнее.
— Трахни себя! — выплюнул он.
— Не-а, но я точно трахнул твою жену, и это является проблемой для меня, — сказал я ему. Тогда я начал бить его кулаками, пока он не потерял сознание. Я чувствовал, как пламя подбирается все ближе, но я проигнорировал его. Что придавало мне сил, так это тот факт, что я должен был вытащить Аспен отсюда живой.
Нейт подошел ко мне через несколько секунд.
— Похоже, черный ход чист. Ну же, давай выбираться отсюда, — крикнул он, направляясь к черному ходу, чтобы забрать Аспен.
Когда они оказались рядом со мной, я крепко обнял Аспен.
— Иди с Нейтом. Я буду прямо за тобой, — сказал я ей, целуя в лоб.
— Нет, — запротестовала она, пытаясь подойти ко мне, но я покачал головой Нейту. Он потащил ее прочь, она кричала.
Я оттащил Лиама от огня, который перекинулся на переднюю часть дома. Это было, похоже, на дежавю, за исключением того, что в последний раз, когда я делал это, то пытался спасти жизнь.
Через несколько секунд Лиам пришел в себя. Дым становился все гуще. Моим единственным утешением было то, что у меня было достаточно времени, чтобы выбраться через черный ход.
— Может быть, это была судьба, — сказал я ему, когда он открыл глаза. Я поднял его за рубашку и прижал к стене. — Согласно нашим записям, это было давно запланировано, тебе не кажется?
Кинги были незаконнорожденными потомками Короля Джеймса. В то же время моя семья Румпельштильцхен сделала все, чтобы привести их к власти, но, в конце концов, была предана. Все это, по-видимому, было забыто, когда мы приехали в Америку.
Наше прошлое не определяло нас, и я устал позволять своему определять меня, находясь здесь, я огляделся на свою жизнь. Через что бы я ни прошел, я бы ни за что этого не променял. Конечно, временами это было чертовски отстойно, но у меня было все, о чем я когда-либо мог мечтать, и даже больше.
Все, что было до этого пожара, казалось, было в другой жизни. Я осознавал, что это тоже произойдет. Мне пришлось еще немного потерпеть близость огня. Он хотел смерти в огне, тогда кто я такой, чтобы отказывать ему в предсмертном желании?
— Ты прикоснулся к тому, что было моим, и теперь ты умрешь, — спокойно сказал я, подняв руку и ударив его по лицу. Недостаточно сильно, чтобы он снова потерял сознание.
Лиам попытался пошевелиться, но моя хватка на нем была слишком сильной. В любом случае, ему некуда было идти.
— Тебе это нравится? — Я насмехался над ним. — Раньше тебе нравилось делать это со мной.
Я отпустил его, и он рухнул на пол. Как только он упал, я пнул его в живот. Тогда я схватил его и потащил обратно. Поскольку пламя начало распространяться быстрее, мне не хотелось заходить дальше этого места. Нет, если бы мне хотелось, чтобы он сгорел дотла вместе с этим домом.
— Это ничего не значит, — сказал я сквозь зубы. Я вытащил из кармана обручальные кольца Аспен. Увидев размер кольца с бриллиантом, я улыбнулся. Его заявление должно было сработать в мою пользу. — Ты мог бы жениться на ней, но она всегда была моей.
— Пошел… ты… — ему удалось прохрипеть.
Меня это не смутило. Я подошел к нему, а затем взял его за подбородок своей рукой. Он поднял руки, пытаясь оттолкнуть меня. Я схватил его за руку и крутил, пока не услышал, как его запястье сломалось. Он зашипел, и я сделал то же самое с другой рукой. Лиам кричал, и это было музыкой для моих ушей.
— Увидимся в аду, — сказал я, заставляя его рот открыться. Он боролся с этим, но я был тем, у кого была власть. Я держал кольца между средним и указательным пальцами. Я просунул пальцы ему в горло, и когда проник достаточно глубоко, я отпустил кольца. Продолжая толкать их глубже, пока он продолжал давиться. Его тело извивалось и дергалось, а его глаза начали слезиться по мере того, как я глубже просовывал пальцы внутрь.
Я закашлялся, так как дым уже окружил нас.
Вскоре его лицо начало менять цвет. Оно превратилось из фиолетового в почти синие. Мои пальцы чувствовали каждое сжатие его горла, пока его тело пыталось оттолкнуть меня. Прямо сейчас его тело переполнял адреналин. Я протолкнул пальцы еще глубже, и его горло начало сжиматься вокруг них. Я почувствовал, как его челюсть открылась до неестественной ширины.
— А теперь она для тебя вообще никто, — проскрежетал я, прежде чем сорваться с места, спасаясь от ада, который разверзся.
И С ТЕХ ПОР ОНИ ЖИЛИ ДОЛГО И СЧАСТЛИВО
