Золотая клетка (ЛП) полностью

Я кашлял и хрипел, боясь, что меня поймают в любую секунду и все это будет напрасно. Даже если меня поймают, будет ли это иметь значение? Все вышло совсем не так, как я надеялся. Туман из дыма был не таким густым — мой единственный признак того, что я двигаюсь в правильном направлении.

Шаг за шагом, и каждый следующий был тяжелее предыдущего. Мне просто нужно скорее вытащить ее отсюда, и я мог бы уйти. Я был так близко к входу, что мог это чувствовать.

Говорят, адреналин заставляет тебя делать глупости, и это было правдой. Я почти закончил тащить Эрин в безопасное место, когда часть крыши рухнула. Обломки разлетелись вокруг нас, и я защитил Эрин своим телом. К счастью, мы были достаточно далеко, и нас не сильно задело, но все же задело.

Моя рука ужасно болела. Я взвыл, когда больше не мог этого выносить, но потом замолчал, так как испугался, что кто-нибудь меня услышит. Тем не менее, я не остановился, потому что не хотел, чтобы Эрин умерла из-за того, что я сделал.

Потребовались месяцы, чтобы моя рука полностью зажила. Без обращения к нужному врачу рубцы не заживали должным образом. Нервные окончания в моих руках все еще время от времени причиняли мне боль, но этого дерьма следовало ожидать.

Боль всегда была для меня центром внимания, так что я не возражал против этого.

Мне нужно было поскорее убраться с этого острова. У меня была назначена встреча, которую я не мог пропустить. После смерти моего отца потребовалось некоторое время, чтобы доказать, что я могу взять в свои руки бразды правления тем, что он оставил после себя.

Если мой отец говорил правду, и мы получим наши книги, то все оставшиеся время будет, похоже, на каникулы. И завершением всего вступление в Орден.

Несомненно, скоро все станет еще интереснее.

ГЛАВА 19

Я плакала, сама не зная почему. Часть меня отказывалась верить, что Мэйсон мертв. Это не могло быть правдой. Я прижала к груди, цепочку, которую он мне дал. Это то, что он пытался сказать мне, прежде чем я плюнула ему в лицо?

С моей стороны было бредом думать, что он вернется и спасет меня. У нас было так много всего, но в то же время совсем ничего. Он был моим учителем, но не совсем. Я была его другом, но не по-настоящему. У нас были чувства, но мы никогда не отпускали их. Мы были просто кучкой маленьких незавершенных, разбитых осколков.

И вот мы снова здесь — все эти разбитые, зазубренные куски, режущие друг друга снова и снова. Я вцепилась в его цепочку, потому что она все еще приносила некоторое утешение, и я чувствовала себя голой без нее.

Вчера я потеряла контроль, черт возьми. Мэйсон был здесь не для того, чтобы спасти меня или освободить; он был здесь для своей мести, и мне нужно было, черт возьми, помнить об этом.

Была ли я богата или была рабыней-прислугой, моя жизнь ничем не отличалась. Мне все еще приходилось кланяться тем же псевдо «королям».

Это был еще один день притворства.

Когда я принимала душ, меня начала одолевать злость. Это чувство я помнила слишком хорошо. Оно было пропитано несправедливостью и угнетением. Я была частью толпы, но я всегда буду аутсайдером, который вонзил нож в спину кого-то, чтобы попасть во внутренний круг. Я восседала на вершине скромного наследства, которое было украдено. Я собиралась выйти замуж за холостяка номер один в Америке, и эта мысль приводила меня в ужас. Могу ли я что-нибудь с этим сделать?