— Бог мой, я всегда любил тебя, Мэгги!
— У тебя странный способ доказывать свою любовь, — язвительно заметила она. — А женился ты на мне не из-за Бет? Я так боялась, что ты не любишь меня…
— Глупышка, разве ты не слышала того, что я только что сказал? Я люблю тебя, люблю больше всего на свете! Я собирался просить тебя стать моей женой в ту ночь, когда был пожар, помнишь? Но потом навалились всякие дела, а потом ты потеряла память, вот мне и пришлось прибегнуть к обману. А как счастлив я был, когда Расти сказал, что Бет — моя дочь, ты себе не представляешь.
— Мне так хотелось, чтобы мы были одной семьей, — задумчиво проговорила Мэгги.
— Я тоже и прямо убить готов эту злючку Вирджи за ту боль, которую она нам причинила, — сквозь зубы процедил Чейз. — Маленькая ведьма еще получит свое. Подумать только, ведь всех этих недель мучительной разлуки могло не быть, передай она тебе мою просьбу.
— Успокойся, родной, это все в прошлом.
— Прости меня, Мэгги. Клянусь, теперь мы наверстаем упущенное. Веришь ли, я даже пытался переспать с другой женщиной, но не смог, — признался Чейз.
— А как же аннуляция нашего брака?
— Об этом не беспокойся, родная. Мы поженимся снова и теперь уже навсегда. Я отдам все золото мира за то, чтобы ты была моей женой.
Он опустился на колени рядом с кроватью и сгреб Мэгги в охапку. Она потянула его за бороду и капризно заметила:
— Это надо убрать.
— Потом, — хриплым от желания голосом прошептал он. — Сначала я буду любить тебя. Я так долго этого ждал…
Мэгги хотела, чтобы Чейз любил ее, но не только одну ночь, или неделю, или год. Она хотела, чтобы он любил ее всегда.
— Откуда я знаю, что завтра ты снова не убежишь? — требовала она ответа. — Вдруг тебе опять что-нибудь померещится? Если ты не уверен в себе, то так и скажи, я прекрасно смогу обойтись и без тебя. «Ложь, все ложь!» — В конце концов у меня есть ребенок и работа, я смогу обеспечить себя и Бет, не беспокоясь и не гадая, когда ты появишься.
Чейз ошарашенно уставился на Мэгги. Неужели он заслужил все эти обвинения?
— Успокойся, солнышко. Торжественно обещаю тебе, что больше никогда никуда не исчезну, — поклялся он так искренне, что она была склонна ему поверить. — Я хочу, чтобы наша дочь выросла такой же красивой, как ее мама, а еще хочу сына.
— Я от газеты откажусь, — решительно заявила Мэгги, догадавшись, к чему он клонит.
— Ну что ты, милая, я вовсе не собирался просить тебя об этом. Вспомни, я ведь сам купил это издание, чтобы ты была счастлива. Дорогая, к черту слова! Позволь мне показать, как сильно я тебя люблю. Позволь услышать твои сладострастные стоны, когда мы вместе вознесемся на небеса. Я очень скучал по тебе, Мэгги-детка, встреть меня так, как только одна ты умеешь.
«Нет, я все-таки троекратная дура!» — выругала себя Мэгги. Стоило Чейзу коснуться ее и прошептать пару ласковых слов, как уже готова броситься к его ногам. И так было всегда, со дня их первой встречи. Она безнадежно влюбилась в этого дерзкого, нахального ковбоя.
Не дождавшись разрешения, Чейз жадно припал губами к ее губам, и мысли Мэгги раскололись на тысячу кусочков. Он бесстыдно брал то, чего так отчаянно желал.
Мэгги чувствовала, как его ладони скользят по ее телу. Сильные руки Чейза дарили ласки с изумительной, трепетной нежностью. Поцелуи были мягко-настойчивы.
Потом он долго любовался ее грудью, прежде чем взять в рот затвердевший сосок и подразнить его языком — сначала один, потом другой. Мэгги судорожно вздохнула, смакуя ощущения и наслаждаясь податливостью своего тела. Да и ее губы отнюдь не бездействовали, исследуя каждый дюйм его упругой кожи.
— Чейз, пожалуйста…, — прошептала Мэгги.
— Я весь твой, детка. Возьми меня в себе, я так долго этого ждал.
Так она и сделала, впустив его настолько глубоко, что ощущала всю длину возбужденной плоти. Они закружились и понеслись в океан исступленного восторга на волнах любви.
«Как чудесно просыпаться в объятиях любимого мужчины!» — думала Мэгги, теснее прижимаясь к крепкому плечу Чейза. Огонь в камине погас, и она натянула одеяло до подбородка, слишком разомлевшая для того, чтобы встать и подкинуть еще дров. Посмотрев на Чейза, Мэгги увидела, что он тоже не спит. Взгляды их встретились, и Чейз, улыбнувшись, приветствовал ее:
— Доброе утро, соня. Я ужасно голоден, ты намерена покормить мужа, вернувшегося из дальних странствий?
— Ой, — виновато воскликнула Мэгги. — Держу пари, ты умирал с голоду еще вчера вечером.
— Точно — по своей жене. Или ты собираешься приступить к супружеским обязанностям только после того, как я доберусь до священника?
— Я все еще твоя жена, Чейз.
— А как же аннуляция? Ты вчера говорила…
— Я порвала тот документ, — смущенно призналась Мэгги. — Хотела подписать, но не смогла.
— О, дорогая, ты прелесть! — воскликнул Чейз, целуя ее чуть откровеннее, чем того требовали обстоятельства.
