Мэгги не знала что и думать. Как она могла так в нем ошибиться? Неужели распутство и пьянство для него важнее, чем семья, а то, что она приняла за любовь, было лишь животным вожделением? Впрочем, еще в Скагуэе ей следовало бы понять, что нахальный ковбой лишь использует ее для достижения своей цели. Мэгги чуть не заплакала от досады и горького разочарования, но гордость удержала ее от слез.
— Если бы существовала вероятность, что наша вчерашняя встреча подарит мне наследника, я бы, пожалуй, передумал, — проговорил Чейз, вопросительно глядя на Мэгги.
Девушка прямо задохнулась от ярости. Она никогда не опустится так низко и не станет удерживать мужчину, спекулируя его отцовскими чувствами. Мэгги собиралась бросить ему в лицо правду, заявив что вовсе не бесплодна и может иметь детей, но передумала. Теперь это уже не имеет значения…
— Слава богу, я не ношу твоего ребенка, — надменно проговорила она, скрывая за своими словами жгучую боль. Лишь чувство собственного достоинства не позволило ей упасть на колени и умолять Чейза не покидать ее.
— Это… хорошо, — выдавил ковбой. — Хочешь, я заеду к тебе в Сиэтл, когда буду возвращаться обратно? — с затаенной надеждой спросил он.
— Не стоит беспокоиться, — холодно ответила Мэгги. — Прошлое должно оставаться в прошлом, и незачем его ворошить.
— Ну вот, Мэгги-детка, мы, кажется, сказали друг другу все, что хотели, — с напускной веселостью проговорил Чейз. — Я рад знакомству с тобой, такой изумительной женщины мне еще не доводилось встречать. — «И вряд ли доведется», — подумал он, но не сказал.
— Мне тоже было хорошо с тобой, Чейз, — сдавленно проговорила Мэгги, едва сдерживая подступившие к горлу рыдания. — А сейчас тебе лучше уйти, я хочу побыть одна.
— Хорошо, солнышко, я уйду, но не раньше, чем поцелую тебя на прощанье, — заявил Чейз. Он понимал, что этим только продляет агонию, но не мог лишиться последней возможности прикоснуться к ее губам.
В этот поцелуй Чейз вложил все — огонь, страсть и любовь. Да, черт побери, любовь! Чувство, от которого он только что отказался. Губы Мэгги были мягки и податливы, возбуждение Чейза передалось и ей. Но как только девушка почувствовала, что поцелуй становится все более и более интимным, она поспешила отстраниться.
— Нет, Чейз Макгаррет, я больше не позволю тебе использовать меня, — ледяным голосом сказала она. — Мы были любовниками, но к старому возврата нет, так давай же расстанемся друзьями. И не стоит слишком затягивать наше прощание.
Чейз окинул Мэгги испытующим взглядом. Девушка была поразительно спокойна и, казалось, не очень-то огорчена их разрывом. Это открытие больно кольнуло его самолюбие, но в то же время еще раз убедило в правильности принятого им решения.
Мэгги протянула ковбою руку, но Чейз, вместо того чтобы пожать ее, благоговейно припал губами к узкой ладошке. Это вышло непроизвольно и так естественно, как будто он всю жизнь только и делал, что целовал женщинам руки.
— Мэгги, солнышко, я хочу, чтоб ты взяла у меня часть золота, — предложил ей Чейз, все еще держа ее за руку.
— Ни за что! — отчеканила Мэгги. Мысль о том, что он собирается платить ей за услуги, ужаснула ее. — Свой долг ты уже отдал, и мне хватит денег, чтобы добраться до Сиэтла.
— Нет, Мэгги, так не пойдет. Часть золота принадлежит тебе, ведь ты его заработала, в конце концов.
— Значит, ты расплачиваешься со мной?! — негодующе спросила она. — Ты платишь мне как уличной девке, да? Убирайся отсюда вместе со своими самородками, Чейз Макгаррет, я не хочу тебя больше видеть.
Мэгги резко отвернулась от него и подошла к окну. Плечи ее чуть заметно подрагивали.
— Я совсем не это имел в виду, — смущенно пробормотал Чейз и, не дождавшись ответа, пошел к дверям. По пути он, воспользовавшись тем, что Мэгги на него не смотрит, сунул мешочек с золотом в чемодан и тихо вышел из номера.
— Мэгги, открой, я знаю, что ты там! — настаивал Скотт. Он приходил к девушке уже дважды и сейчас в третий раз пытался до нее достучаться. — Портье сказал мне, что ты не выходила из номера и не заказывала еду. Мэгги, дорогая, ты здорова? Открой мне, пожалуйста, или я выломаю дверь.
Мэгги обреченно вздохнула. Она поняла, что капитан настроен весьма решительно и на сей раз не уйдет.
— Мэгги, я начинаю ломать дверь, — предупредил Скотт, и Мэгги, которой совсем не хотелось никого видеть, вынуждена была откликнуться.
— Иду, Скотт, не нужно применять силу, — она устало поднялась с кровати и пошла к дверям.
— Слава Богу! — выдохнул Скотт, входя в номер. — Но почему здесь так темно? — недоуменно спросил он.
Только сейчас Мэгги заметила, что уже стемнело. Остаток дня она пролежала на кровати, тупо уставившись в потолок, и сумеречные тени идеально соответствовали ее настроению. Девушка безучастно наблюдала за тем, как Скотт зажигает лампу, а когда он повернулся к ней, смело встретила его вопросительный взгляд.
— Как ты себя чувствуешь? — встревоженно спросил Гордон. — Ты такая бледная, у тебя больной вид.
— Я здорова, — коротко ответила Мэгги.
— Тогда почему ты прячешься в номере? Что-нибудь случилось?
