— Что их жалеть, женихов? На мой век женихов хватит. Я вот думаю, нельзя ли эту сцену организовать не на улице, а в баре? Валера сегодня выходной после ночного дежурства, и мы как раз вечером в «Погребок» собирались.
Босс вопросительно уставился на Ерему, предоставляя ему право оценить предложение. Он исполнитель, ему решать. Ерема предложение «невесты» воспринял с одобрением.
— Годится. В баре даже лучше, сойдет как под пьяную лавочку. Я засяду в баре часиков с семи, а вы с капитаном подруливайте через полчасика.
Босс не возражал и удовлетворения не скрывал. Самый важный вопрос был решен, оставалось внести небольшие указания. Уточнить некоторые детали операции, тоже, правда, важные.
— Еще вот что, — ненавязчиво напомнил Босс, — после убийства офицера менты начнут землю копытом рыть и начнут с тебя. Я не спрашиваю, где ты хранишь деньги, но дома никаких денег быть не должно! Тем более золота. Ни твоих, ни капитанских. Сама понимаешь, какие неприятности нам всем грозят, если менты найдут у тебя крупную сумму долларов. И сама загремишь, и нас подведешь.
Настя поначалу, едва Босс заговорил о деньгах, насторожилась, заподозрив, что Босс знает о деньгах капитана, действительно хранившихся у нее в доме, и хочет наложить на них свою лапу. И успокоилась, поняв, что Сергей Павлович о тайнике капитана ничего не знает и на его достояние не претендует. Значит, Настя является единственной наследницей. Знал бы об этом уважаемый Щепихин, не спрашивал бы о жалости к капитану. А вот насчет того, чтобы деньги не хранить дома, Босс совершенно прав. Все деньги нужно сегодня же перепрятать в другой тайник. В гараж, истинного владельца которого никто не знает.
И свои деньги, и капитанские.
— Значит, в восемь? — уточнила Настя, берясь за ручку дверцы. От отпущенного на обеденный перерыв часа осталось чуть более половины, а голодной оставаться не хотелось.
— В восемь, — подтвердил Босс и добавил вдогонку: — Будь с капитаном пообходительней, чтобы ничего не заметил. Не порть человеку настроение.
Хотел добавить: в последний день жизни, но смолчал. Незачем человеку давить на психику. Настя кивнула и выбралась из машины.
Щепихин проводил ее взглядом, коротко бросил:
— Поехали. Все понятно?
— Как в аптеке, — откликнулся крепыш, крутя головой и выруливая машину на проезжую часть. — Уделаю в два счета. Допрыгались, суки. Жалко, Гриши не будет, этого крысятника надо бы замочить в первую очередь.
Неподкупная искренность водителя благотворно сказывалась на настроении, навевая раздумья об ответной благодарности. Сергей Павлович еще раз по достоинству оценил преданность Еремы и мысленно поклялся сделать все возможное и невозможное, но крепыша из лап следствия вызволить. Такими братанами нужно дорожить как самим собой. О своих чувствах Босс говорить не стал, поскольку никогда не любил повторяться, а твердо и мрачно заверил:
— Не переживай, Ерема, всему свой черед. Этому перевертышу пуля будет слишком легкой смертью, таких гадов нужно не убивать, а казнить. Какая сволочь, а? Как он меня с «химиком» на кукан взял, а? А ведь не было никакой необходимости убирать Семена, я сам только недавно понял, для чего эта хромолыга посоветовал убрать «химика». Чтобы выбить у меня из-под ног почву, вот для чего! Моими же руками устранить самых надежных, самых нужных, самых преданных людей и занять мое место! Нас, значит, извести под корень, а на наше место своих людей расставить. Представляешь, какая гнида?
Крепыш в ярости скрипнул зубами.
— Жалко, не я эту падаль на тот свет отправлю. Вот этими руками придавил бы гада!
И снова тронул душу Босса своей искренностью и рассудительностью. Крепыш понимал, что последний день дышит вольным воздухом, что из «Погребка» прямиком проследует в СИЗО, но переживал не за себя, а за невозможность лично наказать предателя. Вот на каких парней надо опираться, кому доверять, кого благодарить. Такие, как Ерема, довольствуются тем, что им дают, к чужому добру лапы не тянут и варежку не раскрывают. Пожалуй, будет правильно и справедливо, если Ерема с Монтаной получат деньги Насти и капитана. Так и надо сделать. Часть денег отдать Монтане на премиальные для его братков, а долю Еремы использовать для работы с судьями. После ареста крепыша деньги понадобятся. Пожалуй, это правильное решение, не пропадать же добру.
Щепихин достал мобильник, набрал номер и, едва услышал знакомый голос, распорядился:
— Поручи ментов ребятам, а сам понаблюдай за Настей. Она пока дома. Да, прямо сейчас. Все.
Щепихин спрятал телефон в карман и вкратце, в двух словах, пояснил суть звонка:
— Обратил внимание, как тонко я ее купил насчет денег? Есть у нее дома деньги, зуб даю. Теперь думает, небось, куда бы их заныкать. Пусть ныкает, пусть покажет Монтане свою заначку. Им бабки ни к чему, а нам они пригодятся.
Крепыш кивнул головой:
— Ясное дело, — и хмыкнул, — зачем на том свете бабки?
