Затянувшееся молчание Аким Павлович расценил как нежелание убоповца раскрывать преждевременно карты и воспринял это с пониманием. Есть такое выражение: «в интересах следствия». Аким Павлович догадывался, что оперативникам все же удалось раскрыть секрет хищения золота, и поражался их способностям. Если честно, он сам неоднократно обращался за консультациями по этому вопросу, и к кому обращался! К профессорам, к докторам наук, к преподавателям Московского института металлов и сплавов, а они в этом деле не один пуд соли съели, но никто так и не подсказал, каким образом из производства можно незаметно умыкнуть приличную часть продукта. Никто из них даже не предполагал, что такое вообще возможно. В своих заключениях ученые мужи опирались на цифры, на технологию производства золота, десятки раз просчитывали все варианты, все закладки сырья в начальной стадии процесса до выхода готового продукта, содержимое золота в котором всегда составляло требуемые 99,99 %, и тем самым лишний раз авторитетно подтверждали невозможность изъятия золота из процесса производства. В больших масштабах, естественно. Выходит, профессора ошибались? Выходит, оперативники с их милицейским образованием поняли то, что оказалось не по силам светилам науки? Никогда бы не поверил, если б не этот пакет. Такой пакет кого угодно может заинтриговать и надолго лишить сна. Очень надолго. И не только сна.
Черенков делиться тайной не спешил, и Аким Павлович понял, что ответа не дождется. По крайней мере, сегодня. И напомнил:
— Где там твои ребята? Пусть поторопятся, я и так задержался.
Аким Павлович о родном заводе не забывал даже в неординарных ситуациях. Молодец. Впрочем, сегодня директор не заслуживал особой похвалы, ибо при таком разговоре позабыть о производстве невозможно. Как забудешь, если весь разговор от начала и до конца шел именно о родном «Цветмете».
Встреча с Настей произошла в обеденный перерыв и получилась короткой, но деловой. Как и задумывалось. Сергей Павлович предварительно уведомил соратницу по телефону, что будет ждать возле дома, и в точно оговоренное время его сияющий новизной БМВ прикатил к Настиному жилищу. По воле случая Ерема припарковался почти на том месте, где днем раньше перед поездкой в Мухино стояла «Волга» Гриши Ноги. О случайном совпадении ни Ерема, ни Босс не знали и не догадывались, а вот сама Настя сразу обратила на это внимание и расценила как нехорошее предзнаменование. Подумала, что Босс знал о ее вчерашней встрече с Григорием, и машину поставил на то же самое место не просто так, а с умыслом, с намеком. Словно хотел показать свою осведомленность, что от него ничего не скроешь, и потому за его спиной никаких козней лучше не заводить. Сергей Павлович словно предупреждал, что это опасно и может плохо закончиться. Настя испугалась столь невеселого предположения и путь от «маршрутки» до БМВ преодолела на ватных ногах. Она даже пожалела о вчерашней поездке, принесшей огромные деньги и потому способной принести очень большие неприятности. Но вчерашний день канул в прошлое, и ничего в нем уже не изменить, и с выбранного маршрута не сойти. Разве лишь признаться, покаяться, заложить с потрохами Гришу и свалить на него все беды. Не получится. Потроха Гриши представляют собой не что иное, а левое золото, присвоенное втайне от Босса, и станут приговором не только для Гриши, а и для нее самой. Может, даже в первую очередь, как главной организаторше. Нет уж, подруга, про вчерашнее забудь, не вспоминай и помалкивай. И беспокойства не показывай, хотя слишком веселой тоже не кажись. Должна понимать, что Босс приехал не просто так, а наверняка из-за какой-то проблемы.
Настя едва подошла к машине, а дверца уже гостеприимно приоткрылась. В другой обстановке это можно было бы расценить проявлением галантности, но сейчас даже такой вежливый жест внушал опасения. Щепихин просто так никогда ничего не делает, да и от обходительности с женщинами давно отвык. Если оно у него было.
— Здравствуйте, — поприветствовала Настя, усаживаясь на заднее сиденье рядом со Щепихиным, и улыбнулась.
— Садись, — вместо приветствия отозвался Босс, решив, что приветствия по телефону, которым они обменялись утром, вполне достаточно.
— Привет, — откликнулся сидевший за рулем Ерема и обернулся.
И своим взглядом заставил Настю снова насторожиться. Взгляд как взгляд, но в глазах водителя промелькнуло что-то неприятное и холодное и ничего хорошего не сулило. Что можно хорошего ожидать от человека, на совести которого не одна загубленная жизнь. Об этой стороне деятельности крепыша Настя знала от Гриши, а он врать и выдумывать не станет. Неужели Босс прознал про вчерашнее золото? Настя похолодела. Боясь поднять глаза и выдать себя, остановилась взглядом на пухлых пальцах Босса, лежащих на спинке сиденья, и приготовилась к самому худшему. Обнадеживало то, что Босс приехал сам, к дому, средь бела дня, а не прислал крепыша одного. Значит, приехал поговорить.
