Драгоценный вежливо напомнил — ведь ему нужно было купить лекарство. Лекарство, холера ясна… Мой избранник уверял, что у него печень не в порядке, он не ел свиных отбивных, поджаренных на подгоревшем жире. Я пожирала их без всякого ущерба для здоровья, но не могла отказать любимому в приобретении лекарства, раз он в нем нуждался. Хотя поехать в аптеку можно было бы и позже, скажем во второй половине дня, а все утро провсти на берегу, используя благоприятную ситуацию. Но я не стала высказывать эти мысли вслух, и без того достаточно наговорила, а просто предложила быстренько смотаться домой, захватить необходимые снасти и опять сюда вернуться, нет, не сюда, лучше ближе к порту или податься к русским.
— Надо было с самого начала так поступить. — осуждающе заметил Драгоценный, и я опять стала меньше его любить, но ничего не сказала, лишь зубами немного поскрежетала.
Только увидев добычу Вальдемара, мы поняли, что же потеряли. Пренебрегая селёдкой, Вальдемар все силы отдал янтарю, и теперь сверкающая горка целиком заполнила большой таз, a ещё несколько выдающихся экземпляров наш хозяин с упоением взвешивал на чёсах. Самый большой кусок весил двести два грамма, остальные от ста четырнадцати до двухсот. И таких у него было девять штук!
— Вот увидите, ни за что их не продаст, — осуждающе пробурчала Ядвига, не зная, радоваться или огорчаться. — А сельдь бы продал.
— Так ведь янтарь дороже! — обиделся Вальдемар.
— Что с того? Янтарём крышу не покроешь и ступенек не выложишь.
— Ладно, так и быть — продам, но не сейчас. Сейчас все примутся продавать и цены снизятся Немного попозже, когда янтаря днём с огнём не сыщешь.
— А ты откуда знаешь, что не сыщешь?
— Так ведь три года его вообще не было. Только в прошлом году появился, ну и нынче, когда разворотило залежи. Жди теперь, когда опять разворотит.
— В скупках цены постоянные, деликатно заметил мой Идеал.
— Да кто же такое чудо в скупку понесёт? — возмутился наш хозяин. — У них там вообще дурацкие порядки. По их правилам первым сортом идёт чистый янтарь, а у меня, вот, глядите на свет. Видите, тут какая-то веточка, тут комарик, тут две мушки. А здесь и вовсе целая картина, прямо сказка, подводное царство. И вроде солнце его освещает.
— Да нет, это чаща янтарного леса! — вырвалось у меня. — И вот силуэты каких-то неведомых существ, что жили ч нем миллионы лет назад.
Вырвав янтарик из рук Вальдемара, я вплотную поднесла его к лампочке, упиваясь чудесной картиной. Какая волшебная красота, такое и в самом деле не продашь. Глаз не оторвать. Да и комарик великолепен, в прекрасном состоянии, и ножки целы, и крылышки. И все эти кусочки янтаря светились на изломах, преломляя свет, то темно-оранжевым, то лимонным. Такое сокровище должно непременно попасть в руки настоящего художника, который максимально использует при его обработке природную красоту камня, а не погубит её.
— Видела я этого нахального перекупщика, — вдруг заявила Ядвига. — Как его? Вроде бы Валтасар. Это имя или фамилия?
— Никто не знает, Валтасар и Валтасар, — отозвался её муж. — Ты где его видела, в Песках? Вот он может заплатить и дороже, не то что в скупке, он кое-что в янтаре понимает. — И, обратившись ко мне, пояснил:
— Это тот самый, который хотел бы скупить весь стоящий янтарь. Вот и вынюхивает, у кого что есть. Его ещё Ядвига в нашем доме застукала, помните?
Вечером я спустилась в кухню приготовить чай, это мне разрешалось. И случайно подслушала разговор в комнате хозяев, поскольку дверь была неплотно прикрыта. Вальдемар разговаривал с покупателем янтаря, видимо с тем самым Валтасаром. Пока я стояла над чайником, ожидая, когда он закипит, мужчины вышли из комнаты, и я оказалась, можно сказать, нос к носу с Валтасаром. Причём нос показался мне знакомым.
Мужчины вышли из дома, а я так и застыла над своим чайником, изо всех сил стараясь вспомнить, откуда его знаю. Видела раньше, это точно, причём не один раз. И не теперь, а несколько лет назад. Когда же это было и где? Не здесь ли?
Вода закипела, я заварила чай и, поднимаясь по лестнице, все продолжала терзать свою память. Или память меня терзала? Перед глазами так и стояло лицо скупщика янтаря. Видела я его, видела… Но во время своего прошлого пребывания здесь я точно не имела дела ни с какими скупщиками, продавать мне было нечего. И если Валтасар в моей памяти связан с этим местом, выходит, я его видела во время моего первого приезда сюда со сладким пёсиком, пусть ему земля будет пухом. Хотя… тогда мы в основном пребывали в Крынице, в Песках появлялись от силы раз пять.
Нет, трудно привязать его к местности. Да чего я мучаюсь, мне-то что за дело до него? Столько людей приходилось в жизни видеть мимоходом, какая нужда именно этого вспоминать?
Вальдемара я перехватила вечером, когда он сел ужинать. Мой Идеальный наверху, в нашей ванной, занимался постирушкой, он обожал такие мелкие домашние работы, а я не препятствовала Так что поговорить с хозяином можно было с глазу на глаз.
— Пан Вальдек, тот мужчина, что к вам приходил, это Валтасар?
