– Стул, пожалуйста, – сказала Теона, и прямо из воздуха рядом с ней возник резной деревянный стул с парчовой золотой обивкой. – Присядь, дорогая, мы попробуем тебе помочь, – обратилась она к девушке.
Муна послушно села спиной к остальным. Оба Великих склонились над гостьей, рассматривая металлическую печать, венчающую ошейник.
– Осторожно! – вскрикнула Теона, заметив, как боги потянулись к замку. – Я же просила не торопиться!
Великие послушно убрали руки.
– Ну и паникерша ты, Белка. Лупу, пожалуйста, – проговорил Черный и вытянул вперед раскрытую ладонь.
В воздухе повисла большая круглая лупа с ручкой из цветного стекла. Орсон взял ее и поднес к замку.
– Пинцет, – сказал Белый и с помощью того же жеста заполучил нужный инструмент. – Орси, ты думаешь о том же, о чем и я?
– Я думаю, что это замок пяти точек. Белка, я же учил тебя такое открывать, – неодобрительно пожурил он Теону.
Теона послушно приблизилась к Великим и склонилась над лупой.
Бона захлестнула ревность. Ревность к тому времени, которое она провела без него и о котором он ничего не знал и, возможно, никогда не узнает. Боги, которым поклоняются по всему миру, фамильярно называют ее Белочкой. Они провели с ней вместе больше времени, чем успел он. Ему доставались в лучшем случае два выходных между белыми и черными пледами, а им – больше двух лет непрерывной жизни с ней под одной, хоть и отсутствующей крышей, да к тому же в Доме, наполненном чудесами и магией.
– Смотри, надо только подобрать правильную комбинацию, – тоном учителя объяснял Теоне Валентин, указывая на замок, – я думаю, что лучше сначала нажать на алмаз в глазу змеи, потом на камень на ее хвосте, потом на хвост собаки и ее глаза… – Он сопровождал слова действиями – слегка нажимал пинцетом на ошейник, при каждом нажатии Муна вздрагивала и закусывала губу от боли. – Прости, душенька, другого способа нет, – успокаивал ее Белый, продолжая свои манипуляции.
Когда он нажал на элементы в пятый раз, замок щелкнул и открылся. Бон с облегчением выдохнул, думая, что ошейник должен упасть с шеи девушки, но он остался на месте, и по ошарашенному взгляду Теоны и ее приложенной ко рту ладони стало понятно, что что-то не так.
– Отойдите в сторону, – скомандовал Орсон. – Я попробую аккуратно снять его. Если ты захочешь кричать или плакать – не сдерживайся, – сказал он Муне. – Белка, подержи ее.
Теона присела перед коленями Муны и взяла ее за руки.
– Посмотри мне в глаза и сделай глубокий вдох – так тебе будет немного легче справиться с болью.
Король приблизился, чтобы увидеть, в чем дело, и с ужасом понял, почему Муна каждый раз вздрагивала, когда кто-то касался ее «украшения». Орсон начал аккуратно отодвигать широкую кожаную ленту от шеи девушки и вместе с ремешком достал короткий острый шип, который был закреплен изнутри.
Муна закричала и зажмурилась. Черный продолжил вынимать шип за шипом, освобождая ее шею. Казалось, их хрупкая гостья вот-вот потеряет сознание. Она с силой сжимала ладони Теоны, сомкнув челюсть и подняв плечи.
Когда ошейник оказался в руках бога, он отшвырнул его в сторону, точно что-то зловонное и мерзкое.
Кожа Муны под ошейником была истерзана свежими красными ранами, но удивительная звезда во лбу девушки засияла намного ярче, как будто ее свет сдерживала та боль, которую причиняли ей шипы.
– Кто сделал с тобой такое? – прошептала Теона.
Муна оставила ее вопрос без ответа.
Орсон уже битый час колдовал над Муной, пытаясь заживить ее раны, но что бы он ни делал, яркие рубцы по-прежнему ожерельем краснели на ее шее. В какой-то момент девушка, не выдержав, остановила его сама. Она встала со стула и, выпрямившись во весь рост, впервые сказала что-то кроме своего имени:
– Спасибо. – Это слово прозвучало удивительно тихо.
– Но шея еще не зажила, – возразил Черный, собираясь продолжить попытки. Теоне даже показалось, что она видит азарт в его глазах – новая интересная задача, и он забыл, что имеет дело с живым существом.
– Спасибо, – все так же еле слышно повторила Муна и отошла на пару шагов.
– Ну хорошо, – нервно ответил Орсон. – Но теперь ты раскроешь нам секрет, кто ты и откуда появилась в нашем доме?
– Му-уна, – сказала девушка, растягивая свое имя, как будто эта информация с лихвой все объясняла.
Черный закатил свои ледяные глаза.
– Ну, теперь мы точно знаем, что два слова ты говорить умеешь: «Муна» и «спасибо». Начало положено.
– Белочка, может, ты объяснишь, откуда знаешь эту особу? – вмешался в разговор Валентин.
– Перед тем как я ушла, Зрячий сказал: береги и берегись Муны. Она не та, кем может показаться на первый взгляд, но ее суть нежнее звездной пыльцы. Еще он попросил передать свои извинения тебе, – Теона обратилась к гостье, – за то, что заставил тебя сделать Лунные Врата, и за то, что они лишили тебя сил.
– Еще один любитель нагнать тумана на наши головы. И что это значит?
– Я не знаю, – призналась Теона. – Я просила подробностей, но он ответил, что если все знать наперед, то не останется места подвигу.
– Чудесная мысль, – вскинул руки Черный, – а что он сказал про Мортела? Выдал горсть новых загадок?
