Характерно, что разбитый Улуг-Мухаммед бежал в Литву, где искал убежища и помощи у Витовта. Улуг-Мухаммед появился при дворе Витовта в конце 1424 г. Еще до бегства в Литву Улуг-Мухаммеда бежал из степи на север, в сторону Рязани[803] другой разбитый татарский хан, сын Тохтамыша, вышеупомянутый Кепек-хан, который в течение более чем десятилетия безуспешно боролся если не за золотоордынский престол, то во всяком случае за независимость своего улуса.
Борак-хан разбил еще одного хана — вышеупомянутого Давлет-Берди, который вместе со своей ордой откочевал в Крым. Это перемещение, как мы видели ниже, имело впоследствии огромное значение, поскольку его родственник Хаджи Гирей в 1449 г. явился официальным основателем крымского ханства. Улуг-Мухаммед, отсидевшись у Витовта, сумел вновь собрать силы и, По-видимому, не без помощи дружественно настроенного к нему великого князя вернул себе положение в степи. Во всяком случае ему удалось отвоевать у Борак-хана Сарай.[804] Таким образом вновь на некоторое время Улуг-Мухаммед становится в значительной части татарской степи наиболее влиятельным из соперничающих ханов. Что же касается Борак-хана, то его власть не продержалась более 5 лет. По словам Абд-ар-Реззака Самарканди, он был убит в Могулистане в сражении рукой Султан-Махмуд-оглана в 832 г. х. (= 1428 — 1429).[805] По другой версии, приведенной у Гаффари, он был убит на год раньше, в 831 г. х. (= 1427 — 1428), причем не в сражении, а в результате заговора эмиров.[806]
Характерно, что события этих лет дошли и до Египта, где, согласно старой традиции, продолжали интересоваться золото-ордынскими делами. Ал-Айни рассказывает, что весной 1427 г. пришло письмо от захватившего Крым Давлет-Берди. Лицо, посланное с письмом, сообщило, что в Дешт-и-Кыпчак продолжается смута, что там три правителя оспаривают друг у друга власть. "Один из них, по имени Даулет-бирди, овладел Крымом и прилегающим к нему краем; другой, Мухаммед-хан, завладел Сараем и принадлежащими к нему землями, а третий, Борак, занял земли, граничащие с землями Тимурленка".[807] Для понимания событий, связанных с борьбой Улуг-Мухаммеда и Борака, большое Значение имеет письмо хана Улуг-Мухаммеда к турецкому султану Мураду II от 14 марта 1428 г. В этом письме он сообщает, что сношения, которые были у его предшественников с Турцией, были прерваны из-за смуты Борака, который временно захватил власть в Дешт-и-Кыпчак. Теперь же, по словам Улуг-Мухаммеда, его войско победило "и обратило в бегство Борака и Мансура". Таким образом, из письма ясно, что падение власти Борак-хана в Золотой Орде произошло до 14 марта 1428 г., однако о смерти Борак-хана Улуг-Мухаммеду еще не было известно, иначе он непре-менно бы сообщил об этом в своем письме Мураду II.[808] Вероятнее всего, что Борак был убит вскоре после своего поражения, на что и указывают сведения, сообщаемые упомянутыми выше историками.
Известие это вполне совпадает с данными других источников. Верно сообщение и о Борак-хане, так как действительно незадолго до отправления письма в Египет он захватил Сыгнак и пограничный с Мавераннахром район реки Сыр-дарьи. Самый факт — письмо Давлет-Берди к макглюкскому султану в Египет — указывает, что Крым был в это время в сношениях с ним, что легко объясняется большой торговлей, которую вели крымские города, особенно Кафа, находящаяся в руках генуэзцев, со странами, расположенными по берегам Черного и Средиземного морей. По-видимому в связи с этими сношениями и находится перенос моровой язвы, точнее чумы, которая началась в Дешт-и-Кыпчак, по данным ал-Макризи, в 1428 г. и продолжалась до 1430 г. Чума эта захватила Крым, перекинулась в Западную Европу и дошла до Египта,[809] повсюду неся смерть.
Вернемся однако к Улуг-Мухаммеду (Мухаммед-хану). Не без поддержки Витовта он вторгся в Крым, намереваясь, отнять его у Давлет-Берди. Невидимому Улуг-Мухаммеда поддерживали в Крыму родственники Едигея и члены дома Ширин. Положение Улуг-Мухаммеда резко ухудшилось после смерти Витовта в 1430 г. В самой Литве единство, установленное твердой рукой покойного князя, нарушилось и начались раздоры между двумя группировками. У Свидригайло, преемника Витовта, оказался соперник в лице Зигмунда, сына Кей-стута. Что побудило Улуг-Мухаммеда порвать с Свидригайло, сказать трудно, во всяком случае остается фактом, что" в 1433 г. он его оставил и примкнул к группировке Зигмунда.[810] Невидимому литовские князья настолько привыкли иметь союзников в лице татар, которые были бы проводниками их влияния в Орде и орудием в их борьбе с Москвой, что Свидригайло стал поддерживать нового претендента на руководящую роль в Дешт-и-Къшчак. Этим претендентом и оказался Саиид Ахмед, также сын Тохтамыш-хана.
