Вот и утро, к воде соленойСтарче прежней тропой бредет,Горькой чаше своей бездоннойДань последнюю отдает.Ноги трутся о камень серый,Где усталая пыль легла.Что осталось теперь от веры,Той, что раньше в груди жила?Вот и море, но, может, снитсяЭтой бездны безумный вой?Скалы стонут и нет границыМежду берегом и водой.Может, тянется ночь морская?Может, кончилась мать-земляИ качается твердь земная,Словно палуба корабля?Пенной злобою изливаясь,Буря темной воды полна,И, на камень крутой бросаясь,Все встает за волной волна.Стал он в море кричать. Как колос,Гнется ветром соленых вод.И не слышит совсем свой голос,Только ветер сильней ревет.Взбеленилась морская сила,То смеется, то вновь заплачет.Приплыла к нему рыбка, спросила:«Чего тебе надобно, старче?»«Смилуйся, государыня птица,Тьфу ты, рыбка. Да что со мной?Мне давно по ночам не спится,Помутился рассудок мой.Человеческой силы мало,Чтобы выдержать этот дар.Веры прежней как не бывало,А в груди поселился жар.Все пылает огнем, и рветсяЖизни прежней привычный строй.Видно, бог надо мной смеетсяИ готовит к земле сырой.Шевельнешься, и станет жарче,Словно черти на части рвут».«Чего тебе надобно, старче?» —Снова волны в ответ ревут.«Погоди, не суди так строго,Душу грешную пощади.Мне теперь лишь одна дорога —Сумрак видится впереди.Время с давних времен из садаНитью тянет земную дрожь.И едва ты покинешь стадо,Потеряешься, пропадешь.Не гони ты меня, играя,Пусть работают жернова,Пыль последнюю дотирая.Словно птицы теперь слова.Не надышишься перед бездной.Все одно мне – что ночь, что день.И уж кажется бесполезнойМне последняя к ней ступень.Я увидел неумолимость,Словно мертвой воды излом.Так балует необратимостьС человеческим существом,Все накопленное с собоюОставляя на судный час.Не отмолишь печаль слезою,Не отнимешь ее от нас.Каждый шаг тяжелей дается,Плечи стонут и сердце плачет».Вновь он слышит, волна смеется:«Чего ж тебе надобно, старче?»«Пусть простит меня дно морскоеТо, что воет за упокой.Давит бремя мое земное,Пригибает к земле сырой.И не сбросить мне в море ношу,Чтоб накрыла ее волна.Иногда мне казалось: сброшу!Да на сердце висит она.Не гони, не суди, помилуй!Ты же видишь, едва дышу.И теперь перед сном могилыЯ тебя об одном спрошу.Что же делать с проклятою бабой?Видно, мало досталось беды.Хочет быть то ли спрутом, то ль жабой,То ль владычицей всей воды?Чтобы жить ей на дне океана,Дно морское перстнями мутить,И, чтоб ты ей служила исправно,Так исправно, как можно служить».* * *
