Побледневший Еркин ничего не ответил. Он сел на Арслана. Джулас сухо попрощался с Амирой, общества которой избегал с тех пор, как его освободили из зиндана.
Когда высокие минареты и голубые купола мечетей Бухары остались далеко позади, монотонный ритм копыт Арслана, скачущего по мягкой пыльной дороге постепенно успокоили Еркина. Он почувствовал теплое дыхание манула, примостившегося в седле рядом с мальчиком.
«В степь, в великую бескрайнюю степь, подальше от ханжества и власти алчных чиновников!» — подумал Еркин и ему показалось, что умиротворенно урчащий манул и храбрый Арслан повторили за ним: «В степь, в великую бескрайнюю степь!»
Перед закатом солнца они облюбовали живописное место для ночлега. Джулас устроился поудобнее на циновке из чуя и закурил чилим. Свежий воздух и дорога благоприятно подействовали на Джуласа, вдохнув жизнь в его измученное тело. Наши путники приготовили чай и долго пили живительный напиток, разливающий отрадную теплоту по телу и греющий душу. А когда мириады звезд засветились на высоком ночном небе, путешественники расстелили постели у догорающего костра.
В эту ночь Еркин заснул глубоким и спокойным сном. Ему привиделась родная степь, аул и выздоровевший дедушка Кайрат, принимающий участие в охоте с беркутами вместе с остальными членами семьи. Душу Еркина переполнила надежда и радость. Еще немного — и долгое путешествие подойдет к концу. И он увидит Родину.
КОНЕЦ
