– Она и была андаланка. Она была дуэньей Каланды Аракарны, приехала сюда вместе с молодой принцессой, а после свадьбы стала старшей дамой в ее свите. Красивая властная женщина лет тридцати с царственной осанкой. Она носила высокие прически и любила красное.
– Райнара, Райнара… в красном… Кажется, помню. Да, помню. С ней что-то стряслось. Кажется, она заболела… или уехала куда-то. Это все без меня происходило, я тогда в Нагоре жила, всю зиму. Вернулась только на похороны. Про Райнару, сказать по правде, уже никто не вспоминал. Не знаю, что с ней стало. Можно поискать кого-нибудь из старых слуг, кто помнит те времена. Вот старуха, наверное, ее знала.
– Что за старуха?
– А, есть тут у нас одна. Бабка древняя, совсем из ума выжила. Не соображает, на каком она свете. Меня Каландой зовет, Герта за отца принимает. – Мораг потерла ключицы, покачала головой. – Ч-черт… Не люблю я ее.
– Почему?
– Болтает всякую …! Удавила бы, да что со старой перечницы возьмешь? Сама помрет… прежде чем карканье ее сбудется.
– Пряха из башни? Пророчица?
– Да какая она пророчица… Так, пальцем в небо. Но случается, и в десятку попадает. Меня вот предупредила, когда в Нагоре этот урод с ножом отравленным полез. Я его в саду стерегла, а тут черт тебя понес.
– А что она сказала?
– Сказала, что за мной ходит смерть. И что придет она ко мне в ночь на Святую Невену.
– А про вчерашнее покушение она предупредила?
– Нет. И когда младший Вальревен копьем меня поцарапал, тоже нет. Зато каждый раз каркает про Герта. Мол, поспешите с наследником, а то старик уже одной ногой в могиле.
– Какой старик?
– Да она же его за отца нашего принимает, за Леогерта Морао! Змеюка! Каркает и каркает. Удавлю когда-нибудь.
А может, верно каркает-то? Вон и Ю говорит… Да и выглядит Нарваро как привидение.
Ну-ка, ну-ка. Нарваро Найгерт помрет сам, Мораг убьют, тогда… Кто сядет на трон, а? Может, даже… беднягу короля кто-то потихоньку травит?
– Миледи, а скажи-ка мне вот что. Если у Найгерта не останется наследника, то кто займет его место?
– Таэ Змеиный Князь. А если он откажется, то Касель, его старший. Таэ уже за семьдесят как-никак.
– Змеиный Князь? Он, если не ошибаюсь, дядя вам с Найгертом?
– Ну да. Он с сыновьями редко здесь бывает. – Принцесса хмыкнула и опустила глаза. – Западную границу стережет вместе с Каленгами. Ваденжанскую.
– Но у Найгерта есть брат. Бастард, но признанный.
– Виген? Он Минор. Он наследует только после Таэ и всех его родственников.
– А ты наследница?
– Смеешься? Я даже не дареная кровь. И мужа у меня нет. – Мораг потрогала шрам. – И не будет.
– Почему не будет?
– По кочану! Не твое дело.
– Я просто пытаюсь выяснить, кому выгодна твоя смерть.
– Никому не выгодна. Никому я не мешаю. Кроме того, не ты одна такая умная. Эта версия уже отработана.
Я озадачилась:
– Да… Не складывается. Значит, вернемся к колдунам.
Принцесса пнула осколки.
– Ну и что колдуны?
– С колдунами пока не ясно. У меня такое предположение: Каланда не умерла, ее убили. Райнару тоже убили. Теперь хотят убить тебя. Каждая из вас – эхисера, только ты неинициированная.
– Какая я?
– Не посвященная, не прошедшая обряд. А! Э! Может быть, пройдя обряд, ты станешь могущественной чародейкой, и именно этого не хотят допустить? А? Невероятно могущественной, самой могущественной!
Пауза. Мораг тряхнула головой:
– В балаган бы тебя, истории разные рассказывать.
– А что? Все сходится! Ведь даже Гаэт сказал, что ты очень сильная. У тебя огромные возможности! Ты будешь… будешь… – В избытке чувств я прижала кубок к груди и, естественно, залила платье. Меня это не смутило, но и слов подходящих найти не помогло. Поэтому закончила, как могла: – У-у-ух, какой ты будешь!
Мораг не оценила:
– Куда уж больше. Я и так такой «Ух!», сама себе такой «Ух!», аж поджилки трясутся.
– Погоди, послушай меня! Все, что с тобой творится, все, что тебя так мучает, знаешь, что это может быть? Это сырая энергия, дикая, неукрощенная магия, которая требует выхода. Ее нужно ввести в русло, тогда все пойдет на лад. Ты овладеешь ею, понимаешь? Ты ее взнуздаешь, ты сядешь на нее верхом, и не она будет тебя пришпоривать, а ты ее! Ты понимаешь? Понимаешь?
– Да понимаю! Помолчи! Дай подумать.
Мораг обняла кувшин и прижала его к груди, как давеча я свой кубок. Правда, вина в нем было уже на донышке, и рубаха не пострадала. Зато кувшин заметно сплющился.
Меня распирала новая идея. Я не могла сидеть и заметалась по комнате. Обряд! Надо узнать, в чем состоит обряд! Надо вспомнить, черт возьми! И поскорее, а то неведомый убийца в конце концов совершит свое черное дело и лишит Мораг жизни. Ух! Ах! Как же мне раньше в голову не приходило! На поверхности же…
– Леста.
– А? – Я повернулась к ней. Положив подбородок на край горлышка, она покачивалась из стороны в сторону.
– Леста. Если я пройду обряд, меня перестанет так выворачивать?
– Перестанет! – гаркнула я самонадеянно. – Выворачивать перестанет, все на свои места встанет, ты получишь все, что захочешь!
– Все, что захочу?
– Да. Да!
– Луну с неба?
– Ну… луну с неба вряд ли… зачем тебе луна?
