— Да уж оторву я от себя кусок ради такого дела. Пойдем, сожрем чего-нибудь. Только не рыбы! Рыба — она для рыбоедов. Сосисок с горохом, а? Колбасы жареной! Под пивко, грррр…
— Пирожков с повидлом… И рулет с орехами, на меду.
— Это под пиво-то?
— А что? Нормально.
— Ну у тебя и вкусы.
— Э, ты еще не знаешь, какие вкусы у принцессы Мораг. Она такую гадость пьет!
— Да знаю я. Гулял с ней по кабакам не раз. Уж она гулять горазда! Свита вся давно под столом, а она — ни в одном глазу. Колобродит, конечно, но не спьяну. Мы с ней как-то тягались, кто кого перепьет.
— Вот как? И кто кого?
Черный пес, похоже, смутился.
— Да понимаешь… не помню. Помню только, пожар потом был. Только ты не спрашивай, кто поджег. Я, во всяком случае, не поджигал. Кажется. Зачем мне это?
Я только хмыкнула. Вот это, понимаю, принцесса! Грима лохматого споить…
Мы уже вышли на портовую площадь. Небо затянуло тучами, и город и порт как-то очень быстро накрыло сумерками.
— Слушай. — Я остановилась. — Хочу тебя сразу предупредить. Я тут… наследила в городе, и меня ищут.
— Золото?
— Ну да…
— Слыхал. Теперь понятно, чего ты так обрядилась.
— Это Пепел меня обрядил. Похожа на мальчика?
— Эт ты не меня спрашивай. Я суть вижу, а что там на тебе поверх нацеплено — мне без разницы.
— Собственно, я к чему веду. Во-первых, у меня к тебе большая просьба. Во-вторых, мне все равно придется войти в город.
— Как же без просьбы, — проворчал грим. — Нет бы просто так прийти, по-соседски… Ну что там, давай, излагай свою просьбу.
— Я прошу тебя поговорить с мертвым человеком. С королевой Каландой.
— Уау… Это еще зачем?
— Ее дочь в опасности. Мать должна ей помочь.
— Ничего она ей уже не должна, — покачал головой Эльго. — Но мертвые всегда говорят правду. Если вообще говорят.
— Надо попытаться! Очень, очень надо.
— Очень — очень?
— Очень — очень.
Грим помолчал, опустив к земле черную волчью морду.
— Леста. Подружка. Соседушка. Ты понимаешь, о чем просишь?
— Ты не можешь этого сделать?
— Сделал бы… за твои красивые глаза. — Он тряхнул головой, уши звонко щелкнули. — Но я тут могу быть только посредником. Это сделка с Полночью, понимаешь?
— Ну… да.
Теперь был мой черед уставиться в землю. Я мало знала про Полночь. Вран и Гаэт ее проклинали, Ирис ее сторонился, Королева ненавидела всем сердцем. Амаргин Полночи не гнушался, но требовал осторожности. Еще была Перла, Прекрасная Плакальщица, совместившая в себе Сумерки и Полночь, но с ней я так и не удосужилась серьезно побеседовать.
