— А ты, господин, — я задрала голову к нависшему надо мной рыцарю. На одежде его не видно было крови, только зелень и грязь. С когда-то белого нарамника скалилась собака. — Ты ранен?
— Нога сломана. — Он кивнул на сидящего поодаль. — Посмотри, что с ним?
Человек, скорчившись, прятал лицо в ладонях, раскачивался из стороны в сторону и тихонько подвывал. Я подошла к нему.
— Господин хороший, дай-ка на тебя посмотреть. — Из-под ладоней у него текло красное, котта на груди промокла. Я попыталась отвести окостеневшие руки. — Эй, ты слышишь? Мне надо взглянуть. Я помогу. Ну-ка, пусти меня. Я тебе помогу.
Позволил. Похоже, ему попало на излете Эрайновым хвостом, да прямо по лицу. Несколько глубоких горизонтальных порезов, левая щека вспорота, на спинке носа дыра, в глазницах каша. Но у Мораг было гораздо хуже.
— Глаза?.. — прохрипел несчастный.
— Кровью залило, правый точно цел. Левый… надо промыть, сейчас не понятно. — Я соврала. Глаз у него вытек. Но сказать об этом у меня язык не повернулся. — Нос тебе пришьют, щеку заштопают. Не надо выть, ты еще легко отделался.
Особенно если сравнивать с тем, кого винтом скрутило. Я остановила бедняге кровь. Больше я ничего не могла для него сделать.
Псоглавец за это время успел подковылять к ближайшему трупу.
— Сэн Гавор, — сказал он торжественно. — Легкой дороги твоему духу, мир твоему праху. И да примет тебя Господь в светлых садах Своих. — Помолчал, сутулясь, помотал головой. — У-у, пасскудва! Тварь проклятая… Пополам человека переломила, как соломинку. Эй, девушка, — он оглянулся на меня. — Поищи вокруг, может кто живой остался.
— Там был один живой, — я указала в камыши. — И один мертвый. И лошадь. Тоже мертвая.
— Мы всемером ехали. Плюс приятели твои, но они никуда не делись. Еще двоих найти надо. — Он посмотрел на мою перекошенную физиономию и вздохнул. — Я сам поищу. Только подбери мне какую-нибудь палку подходящую.
— А дракон? — Я вспомнила, что мне положено бояться чудовищ. — И эта… это…
— Дракон не вернется. А если вернется, то не сейчас. Он сейчас в лесу конину жрет… и спасибо, что только конину. А тварюка с крыльями в реку ухнула. Мальчишка рыжий ее подранил. — Пес помолчал. — Откуда она взялась? Нам ничего про эту дрянь не говорили. То ли мара, то ли бесовка… Явилась, как из-под земли…
Я нашла перрогварду палку и чуть не расплакалась — это оказался пеплов посох. Ореховый, ладонями выглаженный, с безыскусной резьбой. Целенький. Псоглавец, ворча, уковылял, а я вернулась к своему бродяге.
