– Они не пойдут на Третье королевство, – покачав головой, возражает Кайла. – Они просто хотели завоевать Шестое царство. Я могу с ними договориться. Я умею убеждать. Третьему королевству ничего не грозит.
Я фыркаю.
– Не обманывай себя, – говорит ей Толд с резкими нотками в голосе. – Они пришли сюда не для того, чтобы договариваться. Если все сказанное тобой и капитаном короля Ревингера – правда, тогда все становится ясно. Фейри пришли сюда убивать и хотят отвоевать Орею.
Кайла трясет головой, но и ее саму всю трясет.
– Нет. Нет, этого не произойдет.
– Так и будет.
В ее глазах появляется изрядная доля отрицания.
Она выпрямляется и смотрит на меня.
– Я хочу видеть брата. Где он?
Озрик подается вперед, положив огромные руки на стол.
– О, не волнуйся. Он со мной.
Кайла бледнеет, заметив выражение его лица, огромный рост, интонацию. Озрик не тот человек, которого хотелось бы видеть с плохой стороны, но ей он именно такую и демонстрирует.
– Что ты с ним сделал? – спрашивает она, уже не в силах сдержать дрожь в голосе и слезы, проступившие в уголках глаз.
Единственное, что искупает грехи Кайлы – ее искренняя любовь и преданность Ману.
– Я хочу видеть брата! – кричит она и наклоняется, тяжело дыша, а змея Толда шипит на королеву.
Мы с Озриком переглядываемся. А потом я перевожу взор на стражника, стоящего у стены, и еле заметно ему киваю. Он открывает дверь, и входят еще двое стражей. Между ними Ману.
Кайла прижимает ко рту руку, вытаращив глаза.
– Ману!
Она вскакивает, а я подаю страже знак отпустить ее. Кайла бежит через комнату и опускается на колени перед обмякшим братом. Она переворачивает его и обмирает, увидев, в каком он состоянии.
Гниль пятнами просочилась в его кожу. На щеках, носу, шее, руках кожа почернела и покрылась коркой. От него ужасно пахнет.
– Ты чудовище! – кричит она мне, по ее щекам текут слезы. – Он ни в чем не виноват! Он выполнял мой приказ!
– Забавно: ты упомянула, что он не виноват, но ведь и леди Аурен тоже ни в чем не виновна, – говорю я. Да, я жестокий подонок, потому что получаю удовольствие от страданий Кайлы. – Ману выполнял твой приказ, а значит, не так уж он и невиновен. Он был соучастником. Похитил Аурен. По его приказу ударили кинжалом одну из наших дам. – Кайла моргает, и я понимаю, что она об этом не знала. Озрик свирепо смотрит на нее. – Ману заслужил все, что ему пришлось пережить. А ты заслуживаешь гораздо больших страданий.
Она скалится на меня, тяжело дыша.
– Надеюсь, Аурен мертва. Жаль, что я сама ее не прикончила! – кричит Кайла, а ее щеки возвращают цвет.
– Осторожнее, – рычу я и медленно встаю, опираясь кулаками о стол, чтобы она видела, как по моей коже ползет гниль.
Кайла глотает ком в горле.
Мы смотрим друг на друга, преисполнившись друг к другу пылкой ненавистью и горькой яростью.
Пусть помучается.
А потом я взмахиваю рукой, и она вздрагивает. Но ничего не происходит. Во всяком случае, не с ней.
Кайла опускает взгляд и так громко ахает, что этот звук эхом разносится по комнате. Она с искренним неверием смотрит, как гниль на лице Ману тускнеет.
Кайла вскидывает голову.
– Что это?
Все остальные тоже поднимаются из-за стола. Я оттягиваю воротник, показывая извивающиеся линии на шее, и злюсь на себя за то, что собираюсь сделать.
– Это выбор.
Она замирает.
– Я верну его тебе, – говорю я.
Кайла в потрясении приподнимает черные брови, переводя взгляд с брата на меня.
– Почему? – с недоумением спрашивает она.
Она и должна недоумевать. Потому как ни при каких иных обстоятельствах я бы ни за что ее не отпустил. Все тоже удивлены и не сводят с меня глаз.
– Потому что есть только одна возможность остановить кровопролитие, – говорю я, подняв палец. – Мы должны отправиться в Пятое королевство и собрать войско. Отрезать путь фейри, пока они не захватили Рэнхолд, как сделали это с Хайбеллом. Остановить до того, как они доберутся до берегов. Я позволю тебе и твоему брату жить, а в ответ ты подготовишь свою армию. А еще как можно скорее отправишься в Пятое королевство с лучшими воинами.
Дрожащими руками она сжимает брата, положив его голову себе на колени.
– Все безнадежно, нам не выстоять против них, – возражает Кайла. – Может, у нас троих и есть магия, как и у других ореанцев, разбросанных по королевствам, но это ничто в сравнении со способностями и численностью фейри.
– Мы не станем отступать и не сдадимся врагу! – кричит на нее Толд, и Кайла вздрагивает от его гнева. – Мы обнажим зубы и укусим в ответ!
– Если только не погибнем от их укуса раньше, – выпаливает она и пристально смотрит на меня. – К тому же ты убил короля и королеву Меревен. Ты распространил гниль по всему Третьему королевству и всюду сеешь страх. Ты сделал нас слабыми, когда нам нужно быть сильными и сплоченными! Ты не герой.
Отрицать не стану. Кайла права.
Я не герой.
Но ведь именно последствия ее действий подтолкнули меня к тому, что я стал злодеем, о чем всегда предупреждал.
– И кто в этом виноват? – убийственно спокойным тоном спрашиваю я.
Она бледнеет.
Так я и думал, черт возьми.
