– Я вышла передохнуть, подышать свежим воздухом, – повторила Марина версию, которую перед тем изложила Саше. – Понимаете, у нас был корпоратив, годовщина канала…
– Я в курсе, – сообщил полицейский.
– Ну вот, а я была вроде как на подхвате, разносила, подавала… знаете, как это бывает, то туда посылают, то сюда, одному срочно нужно шампанского, другому – бутерброд, ни минутки на месте не посидишь… ну, я устала, решила выйти, а тут как раз Камилла выскочила… ну, дальше вы все знаете.
– Да, конечно, но мне хотелось бы услышать все еще раз, в вашем изложении.
Марина снова повторила то, что видела.
Капитан слушал ее, что-то записывал в потрепанный блокнот, изредка бросая на нее подозрительные, как ей казалось, взгляды. Она решила на всякий случай говорить поменьше, только отвечать на конкретные заданные вопросы.
Когда девушка закончила свой рассказ, капитан спросил:
– Значит, того человека, который был за рулем этой машины, вы не видели?
– Нет, – честно повторила Марина. – Вообще-то, вы меня об этом уже спрашивали.
– Действительно, спрашивал. – Капитан закрыл свой блокнот и отошел в сторону.
В помещении студии был жуткий беспорядок – повсюду валялись раздавленные бутерброды, осколки бокалов. Было такое чувство, что тут пробежало стадо испуганных бизонов. Сотрудники бестолково тыкались во все углы, кто-то курил прямо здесь, в холле. Пахло дымом и отчего-то тухлыми яйцами. Среди всех бродил завхоз Иосиф Иванович с огнетушителем в руках.
Чтобы занять себя чем-то, Марина принялась собирать мусор в бумажный пакет – сил не было смотреть на это безобразие. К ней присоединилась бухгалтер Альбина.
– Собрать все, да и уйти поскорее, – бормотала она, – по горло сыта я этим корпоративом.
Прибежала заплаканная Сашка.
– Ну как же это, как же… – причитала она. – Какой ужас… а я-то еще про нее…
– Помолчи! – сказала Альбина, не разжимая губ. – Поменьше болтай! Начнется теперь на студии свистопляска – кто ее, да за что, да были ли враги. А кто у нее в друзьях-то ходил, хотела бы я знать…
«Это уж точно», – подумала Марина.
Явился шеф – весь красный, раздраженный, его замучили расспросами, за каким чертом его сотрудница села в машину крупного бизнесмена Борецкого. Хозяина машины выяснили очень быстро, по номеру.
– Ну, тогда от нас отстанут, – шепнула Альбина, – это, стало быть, его кто-то взорвал, а Камилла просто не в той машине оказалась.
Тут выскочила из кабинета, как чертик из табакерки, жена шефа Вероника. Шеф отмел ее движением руки и удалился.
– Принесите мне коньяку! – сказал Вероника, схватив Марину за рукав. – Мне нужно срочно снять стресс, а то давление повысится.
– Отвали! – Марина вырвала свою руку. – И так за весь вечер достала уже!
Вероника от изумления широко открыла рот и уставилась на Марину как баран на новые ворота. Марине до нее не было никакого дела.
Домой их с Сашей подвез оператор Андрей, им было по пути.
В тот же вечер, точнее, уже ночью в кабинете начальника полиции собралось несколько человек.
– Итак, что мы имеем? – Начальник оглядел своих подчиненных усталым взглядом хронически не высыпающегося человека. – Мамлеев, что у нас с машиной?
– Пробили по номеру, машина принадлежит Борецкому.
– Тому самому Борецкому? – в голосе начальника прозвучало крайнее неудовольствие.
– Тому самому, – подтвердил Мамлеев, – Виктору Борецкому, владельцу компании «Анкор», председателю чего-то там, генеральному директору и еще черт знает кому.
– В общем, очень большой шишке! – тоскливо проговорил начальник. – Как сейчас выражаются – випу… И что – он сам находился в этой машине?
– Экспертиза еще не завершена, но пока все говорит за то, что это он. Конечно, труп очень обгорел и нельзя быть до конца уверенным, пока не получим его карту из стоматологии и не произведем сравнение…
– Значит, он… – Начальник снова тяжело вздохнул. – Значит, мы с вами имеем резонансное дело, со всеми вытекающими, извиняюсь, последствиями…
– У меня один вопрос, – подал голос капитан Севрюгин.
– Только один? – переспросил начальник. – Надо же! У меня гораздо больше!
– Почему он сам был за рулем машины? – проговорил Севрюгин, делая вид, что не заметил сарказма. – Обычно такие шишки ездят с личным шофером…
– «Обычно»! – передразнил его начальник, скривившись. – В нашей работе, Севрюгин, вообще очень много, извиняюсь, необычного. А насчет твоего вопроса – я думаю, Севрюгин, тут имеет место романтический, извиняюсь, аспект.
– Какой? – удивленно переспросил Севрюгин.
– Ты эту Нежданову видел?
– Там особенно не на что смотреть. Натуральное барбекю… одни уголья!
– Я имею в виду прижизненные фотографии.
– А, да… интересная была женщина.
– Вот именно. Так что, скорее всего, у них с Борецким был, извиняюсь, роман. А проще говоря – связь. Так что вполне понятно, почему он сам был за рулем: не хотел посвящать шофера в свою, извиняюсь, интимную жизнь. Так что, Севрюгин, не задавай глупых вопросов, а лучше ищи ответ на самый главный вопрос – кто этого Борецкого порешил. А для этого ты должен ответить на другой вопрос… знаешь на какой или тебе, извиняюсь, подсказать?
